Читаем Виртуальные войны. Фейки полностью

Потому что раньше у газеты „Правда“ была монополия на ложь. Государство и служившие у государства журналисты обладали монополией на то, чтобы врать потребителям информации. А теперь этой монополии больше нет. Сейчас любой человек — прекрасный журналист, может врать, а может и говорить правду. Поменялся способ потребления информации, и поменялось все. Поэтому какие на фиг журналисты? Медиакомпании — это такие блогеры, у которых есть большие бюджеты на производство контента. А обычные люди прекрасно конкурируют, часто намного эффективнее, чем компании с большими бюджетами. Какие на фиг журналисты? Медиакомпании — это такие блогеры, у которых есть большие бюджеты на производство контента»[1047].

Зыгарь как бы перевернул в своем интервью правду и ложь местами, задавая базовость лжи, а не правды, говоря, что газета «Правда» имела монополию на ложь. Как раз это его красивое высказывание и является чистейшей ложью. Если бы советская система была построена полностью на лжи, она бы «сломалась» на следующий день, поскольку все ее решения не соответствовали бы действительности. А так она прожила достаточно долго и была «выкинута с корабля современности» в первую очередь своими же руководителями, в которых, скорее всего, материальные цели победили виртуальные.

Специалисты по распространению информации в социальных сетях постоянно выявляют такую закономерность, что все попытки переубедить человека в результате только укрепляют его в исходном мнении. Этот феномен еще реализуется в виде поляризации мнений, характерной для соцмедиа, когда люди еще сильнее утверждаются в своей правоте в результате дискуссии.

Такое же подтверждение пришло также из исследования В. Кватрочокки, анализировавшего функционирование конспирологических представлений в соцсетях. Рассмотрение сложных событий, которые не имеют однозначной интерпретации, приводит к следующим результатам: «Выяснилось, что в этом случае конспирологи начнут все активнее (в нашем исследовании — на 30 % чаще) обращаться к новостям, пропитанным конспирологией. Словом, есть такой тип пользователей, которые не только не реагируют на все попытки разоблачения конспирологических новостей, но даже наоборот — еще больше продолжают верить в их существование.

Такое же явление мы наблюдали в другом исследовании, где изучались размещенные на Facebook аккаунты 55 млн. американцев. Как правило, не желая покидать зону комфорта, пользователи этой социальной сети отдают предпочтение лишь той информации, которая подтверждает их укоренившиеся, устоявшиеся убеждения, а потом распространяют ее далее по интернету. Более того, мы обнаружили, что со временем люди, которые тяготеют к конспирологической трактовке событий в одной какой-нибудь области (скажем, если они верят в несуществующую связь между вакцинацией и аутизмом), будут выискивать „заговор темных сил“ и в других областях. Оказавшись внутри своей эхокамеры, они предпочтут все на свете объяснять конспирологией. Все вышесказанное убеждает нас в том, что поставить заслон распространению в интернете искаженной информации крайне сложно. Любая попытка критического осмысления обычно перерастает в стычки между приверженцами крайних взглядов, приводя к окончательной поляризации. В подобной обстановке очень сложно донести правдивую информацию до читателя, а уж предотвратить распространение неточных сведений практически невозможно»[1048].

Кватрочокки, кстати, как и многие, увидел причину конспирологии в тяге к простым решениям и объяснениям сложных проблем. Но признаем, что это естественное поведения для любого человека. Условно говоря, увидев летящую из окна бутылку кефира, я не буду ждать сложной квантовой теории летающих бутылочек кефира, а приму самое простое объяснение.

Кватрочокки говорит о переходе к конспирологическим объяснениям: «Есть еще одно важное отличие научной новости от конспирологической: в ее основе лежит традиция рационального мышления, которая прочно стоит на эмпирическом фундаменте. Тяга к конспирологии появляется, наоборот, в том случае, если человек не в состоянии найти простое объяснение сложным явлениям. Именно сложность, трудноразрешимость таких вопросов, как, например, мультикультурализм, нарастающие проблемы мировой финансовой системы и технологического прогресса, может заставить человека, независимо от уровня его образования, искать более простые и незамысловатые объяснения, в которых четко обозначен виновник всех бед».

Нам представляется также, что причиной конспирологии является и то, что человечество накопило уже большой багаж необъясненных до конца событий, которые не хотят раскрывать правящие элиты. Трамп, например, рассекретил какую-то долю документов об убийстве Кеннеди. Но более важным вопросом является то, почему они продолжали быть засекреченными так долго, и что еще остается под замком.