Читаем Виршалаим полностью

Виршалаим

Ты любую напасть встречала нелепым восторгом,Рассыпаясь в хрустальные звёзды смехом высоким.Мёртвый разве что не был напуган таким радушьем:Ты любую напасть приключеньем звала грядущим.Люд в конце концов расписался в твоём безумье:Дал с десяток имён, и все – вопреки цензуре;Ты смеялась, смеялась – искренно, звонко и люто…А потом наступила война – да на горло люду.Город с голоду мрёт – а тебя хоть пытай, хоть вешай:По бескровным улицам тёплою ходишь да свежей.На одной из таких-то пустынных усталых улицМы с тобою в ночи под нещадной бомбёжкой столкнулись.Мне б бежать, да внезапно словно окаменела;Обняла ты меня и велела смотреть в небо.Лишь наполнилась жаром грудь моя, прежде пустая,Стала стаею птичьей шальных самолётов стая.Цвёл в груди моей жар, и был он благоговеен;Ты сказала, что видим мы только то, во что верим.И сокрылось былое под розовой дрожью восторга,Ибо вырвалось солнце из чёрной тюрьмы востока.

Бабочка

О коммунальный ад в четыре комнаты!Лежу в одной и вижу, разомлев,Свой Питер, словно бабочка, приколотыйИглой Адмиралтейскою – к земле.За стенкой – гвалт, из кухни пахнет рыбою,Но (к счастью) все, закрыв глаза, – слепцы.Так вижу Питер – жизнь трепетнокрылуюВ густом тумане радужной пыльцы.Так он – во мне: во мне, подобно вирусу,За сотни вёрст приколотый к земле,Ведь знаю, что однажды в небо вырветсяИз-под иглы – со мною на крыле.

Море

На площади – шторм: нас – тысячи, мы – однонародное море, зовущееся братством.Мы в сердце России, что красным раскалено, —её былинная мощь, многоокий разум.Вширь хлынем из сердца, парад завершится едва, —по венам страны, по дорожью и бездорожью.Мы – Родины кровь, и покуда со всею дрожью,Со всем исступленьем бушуем – она жива.И будет жива, и будет чужих сильнейОтечеств, пока над Москвою знамёна полощут,Пока не людей, но народа хватает в нейНа Красную площадь – хотя бы на Красную площадь.

Листик

Перейти на страницу:

Похожие книги