Холмастер отложил документ в сторону, сплел пальцы в замок и опустил руки на стол.

— Что же получается? — спросил он. — Здоровье мистера Паса ухудшилось, когда он открыл, что его ввели в заблуждение.

«Однако, у меня есть еще несколько слов, касающихся всего этого дела. Из официального и хорошо информированного источника в высших кругах Вашингтона достоверно известно, что во всем этом деле замешано нечто куда более худшее, чем попытка небольшой клики жадных людишек сколотить состояние, оказавшись в центре внимания общества. Мы знаем по абсолютным фактам, что Инли, Лэйн, Лурдорфф и Конэл были… скажем так… в финансово стесненных обстоятельствах еще за две недели до того, как мистер Пас так несчастливо поддержал их дикие бредни. Теперь же они достаточно богаты, чтобы свободно тратить деньги, жить в дорогих номерах — люкс и оплачивать услуги стенографистки. И эти деньги к ним поступили не от мистера Паса. Откуда же они взялись? — Послушайте меня еще пару минут. Предположим, на наше государство будет совершено нападение. Ракеты — перехватчики поразят первую же цель. А теперь предположите, что нас, как все государство, заставили ожидать прибытия какого — то мифического космического корабля. Очень возможно, что Кинсоны прибудут на двадцати космических кораблях, которые совершат посадку в двадцати индустриальных городах. И, вероятно, местом их отправления явится не какая — то далекая планета, а, скорее всего, центральные районы Паназии. Что тогда? Надо ли продолжать?

Холмайстер остановился, позволяя обширной телеаудитории самой додумать последствия только что высказанных предположений.

«А теперь перейдем к более серьезной части новостей. Мы обнаружили…»

Бад порывисто выключил телевизор. Все находящиеся в комнате замолчали. Зазвонил телефон. Бесс подняла трубку с рычага и положила ее рядом с телефоном, не ответив на вызов.

— Это… низко… грязно…

— За пять минут, — тихо сказала Шэрэн, — он уничтожил все, что мы сделали. Все до последнего слова.

— Может быть, останутся еще люди, которые будут верить, — предположил Конэл.

— После этого? — презрительно сказал Лурдорфф. — Я думаю, можно уходить. Изфиниде. Мы ничего больше не сможем сделать.

— Хорошо организованный поцелуй смерти, — произнесла Шэрэн. — Мы потерпели поражение от культуры «Меда Уилкинса». Нам нужен новый символ. Обезьяну с шестью руками, как у Вишну[12], чтобы она могла одновременно закрыть ими глаза, уши и рот.

— Милая, добавь еще одну пару рук, чтобы она могла заткнуть и нос, — добавил Конэл.

Просидев целый час на телефоне, Бад Лэйн выяснил, что Уолтер Говард Пас находится в частном пансионе для психически больных, куда на неопределенный срок поместила его жена.

Глава 17

По приблизительным подсчетам, прошло десять суток, когда вдруг резкий визг предупреждающего устройства заставил Рола и Лизу застыть на месте. В это время они как раз ели.

Лиза, испугавшись, отпустила поручень, идущий вдоль стены, и отлетела от него настолько, что уже не могла схватиться за него обратно. Она извивалась, как могла, но ее положение в пространстве существенно не менялось. Рол рассчитанным усилием оттолкнуся от стены и отпустил поручень. Пролетая мимо Лизы, он схватил ее за лодыжку и, сделав, словно одно большое цевочное колесо, один оборот, они коснулись верхнего поручня на противоположной стороне кабины. Рол пристегнул Лизу ремнями, а сам медленно спикировал на пилотское кресло. Пристегнувшись к нему, он вкатился под пульт управления и внимательно всмотрелся в экран.

Прошло целых пять минут, прежде чем началось изменение, перестройка. Оно длилось всего микросекунду: огромные невидимые руки сграбастали Рола и, жестко скрутив его, словно выжимая влагу из постиранного белья, тут же отпустили. Полуоглохшие уши смутно восприняли испуганный возглас Лизы. Зрение восстановилось почти сразу, и он увидел, что индикатор первой шкалы показывает ноль. Прозвучал более мягкий звон колокола, и Рол предположил, что это окончание предупредительного периода. Подстроив экран, он увидел вокруг незнакомый рисунок звезд.

Несколько суток спустя, когда снова зазвучал сигнал предупреждения, они успели пристегнуться вовремя. Второй прыжок во времени был похож на первый, но Рол и Лиза перенесли его легче, потому что были к нему готовы.

При третьем прыжке, через день после второго, они не стали пристегиваться. Они ждали, держась за поручни, и когда наступило выворачивание, ногти Лизы впились в ладонь Рола. Он увидел, как конвульсии исказили ее лицо, а когда прыжок завершился, они улыбнулись друг другу.

Часом позже сигнал прозвучал более пронзительно, и они решили занять свои места. Ощущение выкручивания и выворачивания следовали одно за другим и, когда Рол наконец, обрел способность взглянуть на шкалы, все индикаторы показывали ноль. Ослабевшей рукой Рол настроил экран.

— Это… это уже кончилось? — спросила Лиза.

— Полагаю, да.

— Что ты видишь? Говори скорей!

— Обожди немного. Я должен повернуть корабль. Вот теперь я вижу солнце. Оно — ослепительно белое.

— Это — их солнце, Рол?