Читаем Вино грез полностью

Астронеф с грохотом коснулся поверхности планеты, и все попадали друг на друга. Корпус задрожал, тормозные двигатели взвыли еще сильней, пытаясь остановить сумасшедший ход корабля, вгрызавшегося в застывшую поверхность планеты.

Свет замерцал и погас. В наступившей темноте члены экипажа застыли, парализованные жутким ревом разогнавшихся реакторов и оглушительным скрежетом раздиравшего скалы металла.

Конклин был отброшен на груду матрацев. На него посыпались ящики и кастрюли. Схватившись пальцами за продольную балку, он сумел подняться.

— Мария! — крикнул он. — Где ты?

Неподалеку он услышал шевеление.

— Я здесь, — ответила она слабым голосом. — Я, кажется, потеряла шлем.

Конклин нащупал его.

— Нет, все в порядке.

Корабль продолжал двигаться вперед, сопровождаемый ужасным скрежетом сминаемого металла.

Однако вскоре он замедлил ход и после заключительного толчка замер.

Где — то капало.

В другом конце коридора загорелась куча различных принадлежностей.

— Затушите огонь! — приказал Гровс.

Джеретти с огнетушителем в руках неуверенно пошел вперед.

— Думаю, что мы прибыли, — сказал он, поливая в центр пламени. Его напряженный голос дрожал в их наушниках.

Кто — то зажег электрический факел.

— Похоже, что в обшивке пробоина, — сказал Конклин. — Слышно, как выходит воздух.

Гровс был уже у люка. Он подождал когда подойдут остальные, раздвинул руками тяжелые засовы и пояснил:

— Больше нет утечки. Пробки должны были заткнуть дыру.

Люк открылся. Широко раскрыв глаза, Гровс торжественно двинулся вперед. Остальные, вначале колеблясь, затем увереннее, двинулись по трапу за ним. Мария дрожала, Джеретти помог ей овладеть собой.

Первым удалось коснуться поверхности планеты одному японскому рабочему — оптику. С горячим под массивным шлемом лицом он ловко соскользнул на обледеневшую скалистую поверхность. Японец улыбнулся им и помахал рукой.

— Все в порядке! — крикнул он им. — В пределах видимости нет никаких чудовищ!

Но Мария остановилась.

— Посмотрите на этот слабый свет, — сказала она.

Планета казалась огромной равниной, излучавшей зеленый свет. Мягкий, прозрачный, не дававший тени, он исходил отовсюду: от почвы, от камней. В этом зеленом свечении люди выглядели странно непроницаемыми, черными колоннами из металла и пластика, неуверенно шагающими вперед.

— Удивительно, что это существует так давно, — сказал Джеретти. Он поддел ногой обледенелый камушек. — А мы впервые это видим.

— А это неизвестно, — серьезно сказал Гровс. — Я надеялся найти здесь что — нибудь после приземления.

Он взял в руки мощное оружие, висевшее у него через плечо.

— Престон полагал, что Диск может принадлежать другой Системе.

На открытом участке почвы виднелось строение. Это была матовая металлическая сфера, гладкая и без всяких украшений. Мириады ледяных зеленых кристалликов летали вокруг, они осторожными шагами приближались к ней.

— Как, черт возьми, мы сможем войти в нее? — спросил Конклин.

Гровс поднял свое оружие.

— Не вижу никакого другого способа. — Он нажал на спусковой крючок и медленно вычертил круг.

— По — видимому, это из нержавеющей стали. Может быть, сделано человеком.

Конклин и Гровс пролезли в еще не остывшее отверстие. Их ушей достигла регулярная пульсация. Они находились в своеобразной комнате, заставленной механизмами. Позади них со свистом выходил воздух.

— Давайте постараемся вновь закрыть отверстие, — сказал Гровс.

Вдвоем им удалось заткнуть брешь. Затем они начали осматривать гудящие механизмы, связанные в сложные контуры.

— Добро пожаловать, — тихо раздался слабый ломкий голос/Они резко обернулись, держа оружие наготове.

— Ничего не бойтесь, — продолжал старческий голос. — Я всего — навсего человеческое существо такое же, как и вы.

Конклин и Гровс застыли в изумлении.

— О Боже, — произнес Гровс, — я полагал, что…

— Я Джон Престон, — сказал Старик.

У Конклина по спине пробежал холодок. Зубы его начали выбивать мерную дрожь.

— Вы говорили нам, что его корабль уничтожен. Посмотрите на него: ему, должно быть, миллион лет. И он плавает в этом растворе.

Будто в ответ на его слова, тонкие, словно бумага, губы раздвинулись и вновь раздался мерный шепот.

— Я очень стар, — сказал Престон, — почти полностью глух и парализован. — Рот открылся в улыбке. — Как вам наверняка известно, я страдаю артритом. Должно быть я где — то потерял очки и вижу не совсем четко.

— Это ваш корабль? — спросил Конклин. — Вы сели сюда перед нами?

Голова наклонилась в знак согласия.

— Он смотрит на нас, — сказал Гровс. — Как жутко.

— С каких пор вы находитесь здесь? — спросил Конклин у мумифицированного создания, плавающего в питательной ванне.

— Извините, — сказал Престон, — но я не могу выйти отсюда, чтобы пожать вам руки.

Конклин на мгновение закрыл глаза.

— Похоже, что он не услышал меня…

— Мы представляем Общество Престонистов, — нерешительно начал Гровс. — Мы следуем вашим трудам. А вы…

— Я так долго ждал, — перебил его Престон. — Столько грустных лет, столько одиноких лет!