Что это, в растерянности думал он, случайность? Или швейцарская служба безопасности давно ведет слежку — и вот итог? Кого они взяли «на крючок» — связника или ревизора? Если швейцарские агенты подцепили Шардона, то почему мы этого не видели? Мои люди не могли не заметить — невидимок не существует. Выходит, «на крючке» был связник Хосе. Почему? Возможно ли это? А почему бы нет? А если у них, предположим, давно под контролем Хосе и они проследили его встречу с Шардоном в женевском парке? Нет, если бы Хосе давно был на подозрении, они вышли бы на радиоквартиру Зигфрида, возможно, раньше нас — через Эмиля. Значит, наблюдение ими установлено только в последние дни… Кто же все-таки из троих был взят «на крючок» — связник, Шардон или Хосе? Ах, как скверно!..

Непрерывный пронзительный звонок спутал мысли. Эссен подскочил к телефону, схватил трубку, предчувствуя, что не услышит ничего хорошего. Вызывала Женева. Он ждал, гадая, кто бы это мог быть. Когда в трубке раздался приглушенный расстоянием женский голос, он понял, что говорит Сюззи. Голос был высокий, дрожал. На ее призывные «Алло! Алло!» он поспешно и громко прокричал: «Я вас слушаю, я вас слушаю, мадам Дижон!» Оказывается, ушедший утром из «Централь-Бельвю» Жан Шардон обратно не вернулся, но, хотя он не выписался из отеля, его номер занял новый постоялец. Сюззи видела, как по коридору в сопровождении администратора гостиницы проследовали двое незнакомых мужчин, открыли комнату Шардона и вошли туда. Пробыли там минут десять, вынесли чемодан — похоже, был обыск. Сейчас один из незнакомцев в номере, второй сидит в холле гостиницы.

Не объясняя причины, Эссен приказал Сюззи немедленно покинуть «Централь-Бельвю» и вы ехать к нему, но чтобы позади, сказал он, все было чисто!

Положив трубку, он заметил, что у него дрожат пальцы. Он закурил крепкую сигару и стал ходить по комнате. Нужны срочные контрмеры! Ясно, что, схватив ревизора с поличным, швейцарцы поведут расследование и постараются взять под наблюдение всех, с кем он соприкасался. Шардон, конечно, будет молчать, но, если слежка за ним установлена раньше ареста, они могли засечь его посещения виллы Кинкелей, прогулки с мадам Дижон, встречу с Хосе и, наконец, даже наши «хвосты» за Шардоном. Если так, это очень опасно! Разумнее исходить из худшего и действовать, действовать сию минуту! Итак, сегодня же демонтировать и вывезти с виллы аппаратуру; Кинкелей вместе с дочерью убрать из города, лучше сегодня же ночью — этим займутся Адам и Гейнц. А Сюззи надо отправить в Женеву, пусть посидит дома. Запретить С-2 контактировать с Хосе — только наблюдать. Ход операции временно приостановить. Выждать до тех пор, пока не прояснятся последствия ареста Шардона-Ришара.

Глава одиннадцатая

Справа от выхода из Пайернского вокзала Вера Сергеевна увидела газетный киоск и подошла к нему. Поставила на асфальт большую хозяйственную сумку, набитую сладостями и фруктами, и, взглянув на свои ручные часики, с удовлетворением прерывисто вздохнула: не опоздала, почти двадцать минут в запасе. Ей велено прибыть сюда к девятнадцати часам и ждать Магду. Сегодня они обещают отдать Эрику. Боже, только бы все прошло хорошо!

Днем, около пяти, немка позвонила по междугородной (неизвестно откуда, так как агенты в подвале, как всегда, сами приняли вызов телефонистки) и дала понять Вере Сергеевне, что сегодня они вдвоем поедут за Эрикой, назначила время и место встречи, велела быть в пути осторожной и, кроме того, приказала надеть платье потемней и обязательно шляпу с вуалью. Вере Сергеевне был ясен смысл этих указаний, и на вопрос Магды, все ли ей понятно, ответила, что да, все понимает.

Наскоро собравшись и сложив в сумку любимые Эрикины сладости и фрукты, мадам Кинкель помчалась на вокзал. Взволнованная до слабости в ногах, она боялась, что пропустит ближайший бернский поезд и тогда может опоздать к условленному часу. Ведь чтобы попасть в Пайерн — месту встречи, ей необходимо сделать пересадку во Фрибуре. К тому же надо было успеть позвонить по данному ей Шардоном телефону, а времени оставалось очень немного. Но, слава богу, все обошлось!

На вокзале, купив билет, Вера Сергеевна вошла в будку автомата, плотно прикрыла дверь и набрала нужный номер. Когда в трубке раздался мужской голос, попросила позвать к телефону мсье Пьера.

— Я вас слушаю, — ответил приятный баритон.

— Мсье Пьер, — торопливо произнесла мадам Кинкель, — я звоню по поручению мсье Жана, нахожусь на Лозаннском вокзале.

— Да, я понял, слушаю, слушаю вас!

— У меня мало времени до отхода поезда — несколько слов. Моя приятельница позвонила около пяти часов. Мы поедем за моей дочерью. Приятельница будет ждать меня на вокзале в Пайерне, возле газетного киоска, в девятнадцать часов. Я сейчас еду в Пайерн с пересадкой во Фрибуре.

— Мне все ясно. Как вы одеты?