Читаем Вилла Д’Эсте полностью

Когда наши показания были записаны, гостиную тщательно осмотрели и заперли. Офицер попросил нас поехать с ним в полицейское управление, где нас должны были снова допросить.

Макс повернулся ко мне и ободряюще улыбнулся.

– Не волнуйся, все будет хорошо. У нас есть один маленький свидетель. Полиция сопоставит пулю из пистолета Брэдли. Все будет хорошо. – Макс посмотрел на наручные часы. – Сейчас половина десятого. Марио, будьте любезны, спросите у офицера, будет ли у нас время по дороге в полицейское управление сделать небольшой крюк, буквально на пятнадцать минут?

Марио уже не удивлялся никаким вопросам. Он спросил офицера. Тот нахмурился. Марио сказал Максу:

– Он хочет знать, зачем вам делать крюк. Нельзя ли отложить это на более позднее время.

– Сожалею, но нет, – ответил Макс, но по его тону вовсе не было похоже, чтобы он хоть сколько-нибудь сожалел. Марио и полицейский офицер снова посовещались, после чего Марио спросил:

– Не можете ли вы сказать, куда вы собираетесь заехать?

– В английское посольство.

Офицер многословно заверил, что английское посольство будет немедленно оповещено об обстоятельствах, в которых, к несчастью, оказались подданные Британии, но нам не обязательно заезжать туда до посещения полицейского управления.

– Скажи ему, что мы хотим заехать в посольство не для того, чтобы пожаловаться или попросить о помощи, – перебил офицера Макс.

Марио перевел, однако офицер выглядел все более озадаченным.

– Он хочет знать зачем, – сказал в конце концов Марио.

Макс снова посмотрел на часы.

– Скажи ему, что ровно в два часа мы с мисс Мэттьюз должны пожениться в английском посольстве и что наши свидетели будут ждать нашего прибытия.

– Макс, ты шутишь? – удивленно спросила я.

– Никогда в жизни не был более серьезен, – ответил он с усмешкой. – Как только Клодетта поговорила со мной, я в ту же минуту попросил британского посла организовать наше бракосочетание. Он это сделал, и церемония состоится через час пятьдесят. Так что тебе стоит пойти переодеться.

Я даже не стала дожидаться, даст ли офицер разрешение или нет. Я помчалась в свою комнату и стала спешно переодеваться в лучшее платье, какое у меня с собой было. За мной поспешили Пегги и Даниэла. Даниэла прыгала от радости и пищала:

– Ой, я хочу быть подружкой невесты! Ну пожалуйста, разрешите мне быть подружкой невесты!

– Да! – выдохнула я, застегивая молнию на платье, причесывая волосы и одновременно надевая туфли на высоких каблуках.

В дверь постучали. Вошел Марио и робко вручил мне букет поспешно собранных цветов.

– Все в порядке, офицер проявил понимание. Он и его люди должны будут присутствовать на церемонии, а потом вам всем придется поехать в полицейское управление, но он разрешил свадьбу.

– Как же Максу удалось его уговорить? – спросила я, запыхавшись от спешки.

Теперь я красила ресницы и накладывала тени для век. Марио усмехнулся:

– Он оказался романтиком. К тому же он страстный фанат гонок. Разве он может отказать будущему чемпиону мира и не разрешить ему жениться!

Потом мы, держась с Даниэлой за руки, сбежали по лестнице вниз, где нас ждал Макс, окруженный полицейскими с пистолетами в кобурах. Его темные вьющиеся волосы были, как всегда, в беспорядке, а карие глаза смотрели на меня с таким выражением, что мое сердце сразу пустилось вскачь.

– Я готова, – просто сказала я.

– Еще не совсем, милая, не совсем.

Макс достал из кармана изящную цепочку с подвеской из золота и ляпис-лазури, два ангелочка на голубом фоне, ту самую, которую когда-то подарил мне на день рождения и которую я, обидевшись на него, оставила дома, и к моим глазам подступили слезы.

Макс бережно застегнул цепочку у меня на шее.

– И вот это.

Заинтересованные полицейские столпились вокруг нас, а Пегги начала промокать глаза платочком, когда Макс очень нежно и в то же время решительно надел мне на палец обручальное кольцо.

– Ну вот, милая, теперь ты готова.

– Ох, Макс, как же я тебя люблю!

Офицер смущенно откашлялся.

– У нас мало времени…

Макс улыбнулся, глядя на меня.

– Клодетта и Федор будут удивлены, когда мы появимся с полицейским эскортом.

– О Боже! А как же твоя мать? – воскликнула я.

– Моя мать? – не понял Макс. – Что ты имеешь в виду?

– Она же хочет стать мировым судьей. Дядя Алистэр особо просил меня не ввязываться ни в какие истории.

– Что я могу сказать… – Макс посмотрел на отряд полицейских. – Значит, нам лучше не делать свадебных фотографий.

И, не обращая внимания на многочисленных зрителей, он привлек меня к себе и поцеловал.

Примечания

1

Бедная малышка ( фр. ).

2

Мой Бог! ( фр. )