Читаем Виктор Илюхин полностью

- Неужели вы думаете, что господин Жириновский так жестко отстаивал честь изжившего себя правителя только потому, что действительно считал его невиновным? -рассуждал Хлебников. - Не шутите, Владимир Вольфович умный и дальновидный коммерсант. И его бизнес - политика. С Кремлем он ведет взаимовыгодный диалог. Это же не секрет.

Илюхин с ним не спорил. История с сорока семью бюллетенями, не опущенными либерал-демократами в урны, вызвала тогда возмущение депутатов других фракций. В частности, уточняя позицию ЛДПР, депутат Ю. Никифоренко спросил И. Братищева:

«Как Счетная комиссия относится к тому факту, который наблюдала практически вся Дума, что целому ряду депутатов чинились всяческие помехи при голосовании? Это делал руководитель ЛДПР, даже поставил у урн работников аппарата фракции. Им не разрешали брать бюллетени, чтобы высказать свою позицию. Это грубое попрание прав депутата!».

Вспоминая ту ситуацию, Игорь Михайлович Братищев подтвердил, что да, все так и было: Жириновский препятствовал депутатам своей фракции голосовать, и сам стоял возле урн, и аппарат, и его депутаты дежурили. Но двое все равно проголосовали. Это Ищенко и Гусев. Но мы - Счетная комиссия, наше дело считать, чтобы все было правильно

Владимир Донатович Филимонов, председатель Специальной комиссии, дополнил эту историю: «Кто-то из фракции ЛДПР оказался принципиальным и отказался подчиниться Жириновскому. Его закрыли в кабинете и выставили охрану. Но депутат как-то исхитрился и через надежного человека передал бюллетени коммунистам, а те опустили их в урны. К сожалению, не помню точно, кто это был».

Позже, когда страсти улеглись, журналисты не раз подходили к Илюхину с просьбой прокомментировать ситуацию. Позиция по итогам импичмента у него была такой: Виктор Иванович, бесспорно, выказывал досаду и не одобрял действий «оппозиционной» ЛДПР, но был выше банальной критики фракции Жириновского, так как не отделял ее от другой «партии власти». Для него было важно другое - активное участие народа в формировании политической культуры, которая должна будет со временем повлечь перерождение не устоявшегося еще гражданского общества в правовое государство. Конечно, для этого надо было много сделать, начиная от пересмотра ряда положений Конституции РФ до широкого вовлечение масс в политические процессы. Но и во время проведения импичмента, отмечал Илюхин, было видно, что там, где шло информирование, люди безразличными не оставались.

Тому была масса примеров. Многие государственные структуры, в том числе представительные органы власти 68 регионов, сформулировали свою позицию по вопросу об отрешении президента от должности. Причем 49 из них, то есть больше половины общего числа субъектов Российской Федерации, высказались в поддержку работы Специальной комиссии. И только 11 региональных парламентов, как сообщалось в печати, не поддержали требование об уходе Ельцина.

Однозначную позицию по поддержанию процедуры импичмента в отношении президента Ельцина заняли 150 органов местного самоуправления, более 160 трудовых коллективов, 300 различных общественных организаций. В Специальную комиссию с одобрением ее работы поступили более четырехсот резолюций митингов и собраний.

Неудача с импичментом придала сил стороне, защищавшей президента. Выходя перед телекамерами, кремлевские деятели и депутаты от фракций власти подолгу разглагольствовали о том, что его уход мог раскачать политическую лодку страны, нарушить баланс сил, обрушить экономику и открыть путь к рычагам управления сторонникам тоталитаризма и противникам демократии. Позже Илюхин скажет:

- Да, неудача. И Ельцин рычал и держался за кресло. Но я уверен, что какие-то колесики в его ржавой голове прокрутились, и он впервые по-настоящему серьезно задумался о преемнике. Импичмент подтолкнул его к этой мысли.

Пятое колесо в телеге

А к чему подтолкнула неудача с отрешением Ельцина самого Илюхина?

Удивительно устроена голова талантливых людей - Виктор Иванович стал задумываться над тем, чтобы вообще упразднить сам институт президентства в России, назвав его «пятым колесом в телеге».

Уже спустя несколько месяцев после неудачной попытки отстранения Ельцина от занимаемой должности, Виктор Иванович в одном из своих интервью скажет:

- Я как член КПРФ и лидер Общественно-политического движения в поддержку армии считаю необходимым поставить в 1999 году на референдум вопрос об упразднении поста президента. Президентство в Советском Союзе, в Российской Федерации не оправдало себя и оказалось той разрушительной силой, после которой от Отечества может ничего уже не остаться. Мы считаем, что Российская Федерация должна быть парламентской республикой. Сильный законодатель, сильное правительство, правительство подконтрольно парламенту. Конечно, такое изменение вызовет существенную корректировку и самой Конституции. Я считаю, что Конституцию необходимо разрабатывать и принимать заново, потому что на две трети институт президентства пронизывает Конституцию.