Владимир Чередниченко

Виктор Янукович

Пророчество Зосимы

Вместо предисловия

Серая бесконечная лента дороги текла под колеса.

На обочине промелькнул выхваченный из темноты светом фар дорожный указатель «НИКОЛЬСКОЕ», который у Виктора Януковича мгновенно вызвал в воспоминаниях образ Зосимы. Он познакомился со старцем осенью тысяча девятьсот девяносто четвертого года в енакиевской больнице. Главврач Борис Стинский сообщил Януковичу что в травматологии лежит очень необычный человек – монах, схиархимандрит Зосима, который хочет с ним поговорить.

– Очень рекомендую вам с ним, Виктор Федорович, познакомиться, – сказал Стинский. – Выслушайте внимательно священника Зосиму из Никольской церкви. Ему Господь за труды его духовные послал прозорливость.

Приученный с детства бабушкой к крестному знамению, Янукович, положив на тумбочку пакет с фруктами и соками, перекрестился и, склонившись в почтительном поклоне, поцеловал протянутую старцем руку.

Зосима, поблагодарив гостя за гостинцы, рассказал, как много лет назад умирала мама Януковича.

– Вот в этой же больнице, в этой палате отходила к Господу ваша матушка, жена Федора, и молила Всевышнего, чтобы он не оставлял без своей милости вас, Виктор Федорович. В тот день была сильная гроза, шумел ливень, небо потемнело настолько, что, казалось, наступила ночь, – тихо рассказывал старец. – Едва слышный стук в окно больничной палаты прозвучал неожиданно… Стучали вы, Виктор Федорович. Вас держала на руках бабушка. Через окно вас взяли в палату и посадили на кровать возле мамы. Она улыбнулась и слабеющей рукой прижала к себе, поцеловала, вздохнула и… А вы, Виктор Федорович, вцепились в мамину руку, и вас силой не могли оторвать. И лишь долгие уговоры и невинный обман помогли увести вас домой.

У взрослого сильного мужчины, руководителя крупного автопредприятия перехватило дыхание, как будто это только сейчас случилась беда, такой сильной была боль.

– Мама… Моя мама… – заныла душа. – Откуда вы это знаете? – спросил Янукович, и тут же понял, насколько его вопрос неуместен.

Старец ответил, что услышал о смерти матери Виктора Федоровича от двух навещающих его в больнице женщин, одна из которых в тот августовский день, сорок два года назад, находилась в одной с его мамой палате, возле ее кровати.

– И сейчас, – изрек схиархимандрит, – она на небесах о здравии вашем молится… И если вы, Виктор Федорович, проанализируете свою прежнюю жизнь, то вспомните немало случаев, когда помощь как бы ниоткуда приходила. А то матушка ваша о вас на небесах пеклась и помогал Господь вам по молитве ее; и лишь тогда, когда вы с людьми честны были и по совести поступали.

Немного задумавшись, Зосима продолжил:

– Радует меня, Виктор Федорович, что не нужно вас убеждать в пользе веры нашей православной для людей наших, в пользе церкви. Ведь простому человеку присуще в лучшее верить, в то, что есть добро и справедливость, и в то, что Отец наш Небесный любит нас и прощает нам грехи наши, если мы искренне готовы покаяться. А церковь в данном случае можно сравнить со стаканом воды. Вода повсюду, как и вера, но пить ее сподручнее, использовав стакан. Я вижу, Виктор Федорович, что вы меня понимаете.

Немного подумав, продолжил:

– Настанут времена, Виктор Федорович, когда вам придется восстановить ранее действовавший мужской монастырь в Славяногорске. Его в тысяча девятьсот двадцать пятом году переоборудовали под санаторий, а в кафедральном соборе клуб устроить додумались. Знаю я, что слышали вы об этом.

– Да, слышал об этом монастыре, – задумчиво произнес Виктор Федорович, – он один из самых старых. Еще в меловой горе есть очень маленькая запущенная церковь – Николаевская. Я ходил там по подземным ходам, но глубины всей этой истории не знал.

Три часа беседы со схиархимандритом пролетели незаметно. Потом Зосиме надо было делать процедуры, пришли медики, и Янукович вынужден был уйти. Напоследок старец сказал, что если он захочет продолжить разговор, то может приехать в Никольское.

Виктор Федорович часто вспоминал о Зосиме, но в течение года так и не смог выбраться. У директора крупного автопредприятия свободного времени совсем не было, а когда получил новое назначение – заместителя председателя Донецкой облгосадминистрации, забот и ответственности добавилось в разы. Но случай все же привел его к старцу. Когда трагически погиб один из его близких друзей, Янукович был настолько ошеломлен, что сам сел за руль автомобиля и, выехав на мариупольскую трассу, на предельно допустимой скорости мчался не ведая куда. Главным было отвлечься от тяжких мыслей о случившемся. А тут – указательный знак. Никольское…

И щемящее чувство в груди от ожидания встречи с дорогим тебе человеком – старцем Зосимой.

Янукович заглушил двигатель, вышел из машины и оказался в необычайной тишине. Зашел в церковный двор и увидел, что двери храма открыты, и так ему захотелось войти…