Читаем Виктор Глухов полностью

— Посмотри на его грудную клетку, — указал на лежащего лесного эльфара следопыт. — Это дерево, вживленное в человека. Он не лесной эльфар. У Истинных есть священные рощи, где произрастают магические деревья, они вырабатывают магическую энергию и являются для лесных эльфаров местами силы. У каждой рощи есть хранители — жрецы и дриады. Они покупают человеческих детенышей в грудном возрасте и прививают их к молодым побегам священных деревьев — ларгионам. Как это происходит, я не знаю, но из сотни малышей выживает один сросшийся с таким деревом, остальные идут на удобрение. В пять лет ребенка отделяют от дерева и начинают готовить из него стража. Его тело начинает развиваться, а в нем развивается часть священного ларгиона. Им не нужна пища, только вода. Все остальное он получает от связи с деревом. Это очень сильные бойцы, почти бессмертные. Если ему отрубить руку или ногу, она вырастет заново.

— Откуда эти сведения?

— Нам это преподают в училище. Своего врага мы должны знать, — ответил следопыт.

— И как же убить этого бессмертного? — спросил варг, разглядывая развороченную грудь воина.

— Мы убивали огнем, но этих убили непонятно как, — ответил эльфар. — Про демонов я мало знаю. У этого воина оставили человеческое сердце, но забрали его второе, древесное — видишь отрезанные концы? Кто-то тут был до нас и забрал артефакт. Странно, что не тронул остальных. — Следопыт обвел глазами место боя.

— А почему они раздеты? — Командир варгов продолжал допрос, он силился разобраться и понять, с чем на этот раз они столкнулись, но, как и следопыт, терялся в догадках.

— Я не знаю, стражи не оставляют тела своих воинов брошенными вот так. — Разведчик показал на лежащего мертвого бойца. — Этому только одно объяснение: они столкнулись с кем-то очень сильным и бежали.

— Худжгарх?!

— Может быть, — задумчиво почесав подбородок, ответил Гради-ил.

В свете костра у ног посла лежали тела демона и стража рощи. Граф смотрел немигающим взором на убитых и мысленно прощался с жизнью. Если он вернется живым, лесные эльфары никогда ему не простят этих потерь. Пусть он не виноват в них, но именно он возглавил посольство, из-за которого убивают Истинных. Они изведут весь его род. Граф мысленно застонал. Будь проклят этот Худжгарх! Его обложили со всех сторон. С одной стороны король с немилостью, с другой — лесные звери со своей изощренной местью.

— Мессир! — Посол перевел взгляд на мага. — Сохраните тела для передачи нашим союзникам.

У того широко открылись глаза, но он только слегка поклонился:

— Будет сделано, господин граф.

— Рен Гаржет Варг, вам вменяется в обязанность при встрече помогать нашим союзникам, а не препятствовать им. Вам запрещается вступать с ними в конфликт, а также вести разведку. Ваша задача — охрана посольства. Вот этим и занимайтесь. Вам все понятно? — Граф смотрел высокомерно и требовательно.

— Кто наши союзники, господин граф? — не выдавая охватившего его недоумения, спросил воин.

— Естественно кто! Лесные эльфары.

— Но они сражаются против нас?! — в растерянности воскликнул варг.

— Вы сами это видели? — Граф с горькой усмешкой смотрел на взволнованного Гаржета. — Они напали на наше посольство и вы от них отбивались?

— Нет, но…

— Вот именно нет, — прервал его граф. — Мы не сможем доказать, что наши союзники не верны своим обязательствам. Поэтому выполняйте приказ. — Граф еще раз оглядел стоящих перед ним людей и ушел в шатер.

У костра остались сильно удивленный командир охраны и задумчивый маг, смотрящий на тела демона и стража.

— А сердечко ему вырезали, — сказал он. — Не ваши, случаем? — обратился он к варгу.

— Нет! — ответил тот и, развернувшись, тоже ушел.

— Ну нет так нет, — покладисто проговорил маг. Он огляделся. — И где мой помощник сейчас бродит? — произнес вслух.

— Я тут, мессир. — Рядом проявился следопыт.

— Все слышал?

— Все, мессир. Тела убрать и сохранить. Лесные эльфары — союзники Вангора.

— Союзники… — повторил маг. — Они еще покажут и нам, и оркам, какие они союзники.

Ночную тишину разрывали стоны и вопли привязанной к бревну жертвы. Обнаженное тело несчастного было утыкано иглами и испещрено замысловатыми символами. Четверо шаманов, сменяя друг друга, проводили ритуал приношения дара Отцу орков.

Муйага приходили в себя после боя с магами лесных эльфаров; их, привыкших к стонам рабов, не беспокоили вопли пленного. Наоборот, они спокойно засыпали, понимая, что их братья, погибшие от рук коварных Истинных, наслаждаются муками врага, пребывая в чертогах Отца.

Шаман посыпал порошком знаки на теле жертвы и забубнил одному ему понятные слова заклинания. Но его бормотание перешло в клекот и слабый хрип. Часовой сонно оглянулся, и острый кинжал вонзился ему в глаз. Тело рухнуло в костер, и сразу запахло паленым мясом. Спящие шаманы поморщились во сне. Тихо, по одному им вонзали узкий стилет в ухо. Перерезали горло и вытащили через разрез язык.