Читаем Виктор Глухов полностью

Меня привлек шум ломающихся кустов, я оглянулся и увидел, как сквозь них ломится дворфа, таща за шиворот раненого бандита. В руке она держала кинжал, и, что интересно, держала очень умело.

Она бросила жертву у моих ног и сказала:

— Вот, хозяин, этот пытался убежать.

— Допроси его и что найдешь — твое, потом убей, — сказал я и отвернулся. Надо же, в пылу сражения я как-то забыл о своем подарке, но он сам напомнил о себе.

Все занимались делом, я командовал, Рона наматывала круги вокруг рощи, Верил и Штоф ловили коней и обирали разбойников, дворфа о чем-то допрашивала пленного. Я опять создал полог от дождя и запустил «обогреватель». Благодать! Краем глаза увидел, что девушка раздела бандита и сбросила свои обноски. Все ее тело покрывали разводы грязи.

Я ничего лучше не придумал, как создать «водный вихрь» и привязать его к ауре девушки, пусть помоется, и запустил заклинание. Вертящийся столб воды подлетел к обнаженной дворфе и окружил ее. Из водоворота раздался истошный визг девчонки. Не ожидавшая такой подставы, она пыталась вырваться из объятий водяного смерча, но тот как привязанный крутился вокруг. Не переставая визжать, она стала носиться по поляне, привлекая внимание моих спутников. Из столба воды появлялись то руки, то голова, то голая попка, и все это сопровождалось отчаянным визгом. Решив, что девчонка достаточно отмыта, я развеял заклинание, столб воды опал на помятую траву. А мой подарок, увидав меня, с воплем бросился ко мне. Запрыгнул на меня, обхватив, как удав, руками и ногами мое тело. Она подвывала и все теснее сжимала меня в своих объятиях. Моя одежда тут же промокла.

На шум прибежала наша разведчица и, присмотревшись, чуть не задохнулась от возмущения.

— Ах ты, дикарь, тебя и на минуту одного оставить нельзя, сразу с бабами обнимаешься. А ну отпусти ее немедленно. — Она подступала ко мне, сжимая кулачки.

— Не могу, Рона, она не слезает, — прохрипел я, задыхаясь в сильных объятиях дворфы. В эту минуту все мысли меня покинули, на мне висел мокрый груз, который истошно выл и не давал мне даже вздохнуть.

Рона подошла и стала отрывать от меня прилипшую девушку.

— А почему она голая? — До нее наконец дошло, что меня обнимала полностью обнаженная мокрая дивчина.

— У нее спроси. — Я не знал, что отвечать, и опять влип по самое не хочу. — Помоги ее оторвать, или она меня задушит!

— А ну оставь его, это мой парень! — закричала Вирона и стала тащить девушку за плечи, изо всех сил стараясь оторвать от меня. Я не удержался на ногах и повалился на траву, подмяв под себя мокрую молодуху. Та закрыла глаза, замолчала и еще крепче меня обхватила.

— Шиза, что делать? Помогай, — простонал я.

Рядом носилась Рона и вопила:

— Скотина, ты ее еще и при всех завалил. Слезай с нее немедленно!

— А мне вот интересно, когда бабы на тебя вешаться перестанут? — соизволила ответить Шиза.

— Потом, Шиза, потом поговорим, выручай, — взмолился я.

Раз, и тело девушки обмякло, она разжала объятия. Наконец я смог вздохнуть свободно и встать, а Рона тут же накрыла дворфу своим плащом. Потом прищурилась и сквозь зубы процедила:

— Сегодня ночью я буду тебе мстить, готовься!

Мои товарищи подошли ко мне.

— Дар, это что было?

— Это была моя глупость, — злясь на себя, ответил я. — Хотел помочь девушке помыться.

Глаза парней стали широко раскрываться.

— Ты решил помыть дворфу? — спросил Верил.

Я подозрительно посмотрел на них:

— Ну да, а в чем подвох?

— Дар, ты из какой дыры вылез? Не знаешь простых вещей, — продолжил удивляться Верил.

— Сам знаешь, из какой — из Нехейских гор, у нас, видишь ли, нет дворфов, — огрызнулся я.

— Дворфы не моются, — спокойно ответил Штоф. — У них своя магическая система очищения.

— Почему она тогда такая грязная? Система сломалась? — До меня не доходило, как можно самоочищаться.

— Девушка — рабыня, находится под заклятием подчинения. Она не может очиститься, так как ее воля подавлена. Если бы ты ей приказал быть чистой, она бы всегда была чистой. Вот и все, — закончил пояснять Штоф.

Я стоял, смущенно обдумывая ситуацию. Слишком много проколов, на это когда-то обратят внимание. Пока выручает только то, что я кажусь неопытным молодым нехейцем.

Неожиданно меня отвлек шум борьбы, мы все трое повернулись и увидели, что Рона пытается всучить дворфе свою запасную одежду, а та отбрасывает ее и тянется надеть ту, которую сняла с бандита.

— Да что же такое! — ругалась Вирона. — Выбрось это тряпье и надевай нормальную одежду.

— Тебя как зовут? — обратился я к рабыне.

— У меня нет имени, меня его лишили, — ответила девушка.

— А как раньше звали? — Мне стало интересно.

— Лианора, господин.

— Я возвращаю тебе имя, пользуйся, — разрешил я. Что с ней делать, я не представлял. — Лианора, будь всегда чистой и надень одежду, которую тебе дает эта добрая девушка, — указал я взглядом на Рону.

Та обожгла меня взглядом, а по дворфе пробежали искорки. Она преобразилась, запахла свежестью и чистым телом.

— Отвернитесь, олухи, — приказала Рона нам троим, — девушке надо переодеться.

Мы неохотно повернулись к ним спиной.