Читаем Викинги полностью

Когда Ансгар отправился в Бирку, с ним на корабле плыли торговцы: большая часть их товара досталась пиратам, а у самого святого отобрали сорок книг. Норвежцы снабжали исландцев лесом; исландцы обеспечивали Эйрика Рыжего мясом и зерном, которых не было в Гренландии; гренландцы поставляли цветные ткани широкоскулым обитателям Америки. Из Америки гренландцы и исландцы получали лес и шкуры и сами везли шерсть, тюлений жир, моржовый клык, сало, соколов и белых медведей (если не считать отдельных особей, унесенных в океан на льдинах, белые медведи встречались только в Гренландии) в скандинавские торговые города, откуда эти товары расходились по всей Европе. Через Ирландское море шла оживленная торговля с Уэльсом — рабами, лошадьми, медом, солодом, пшеницей и ирландскими (или привезенными в Ирландию) вином, мехами, шкурами, китовым жиром, маслом и грубыми шерстяными тканями (65). Соглашение между Олавом сыном Трюггви и королем Этельредом (991 г.) призвано было в том числе обеспечить безопасность чужеземных торговых кораблей у английских берегов и английских судов, столкнувшихся с викингами в чужих водах. Подтверждением того, что норвежские и «данские» торговцы (даны здесь собирательное имя) нередко посещали Лондон, могут служить установления XII в., в которых имеется отсылка к обычаям времен правления Кнута и Эдуарда Исповедника (66). Церковь тем временем пыталась, с позиций простого человеколюбия и христианского вероучения, как-то обуздать торговлю рабами. Мы читаем о русах из Киева, покупавших шелка в Византии и рабов и лошадей в Регенсбурге. "Хочу жить в Переяславце, — говорит князь Святослав, — ибо… туда стекаются все блага: из Греческой земли — золото, паволоки, вина, различные плоды, из Чехии и из Венгрии серебро и кони, из Руси же меха и воск, мед и рабы" (67). Читаем мы и о том, как ал-Тартуши, арабский торговец из Кордовы, в середине X в. посетил Хедебю, откуда полувеком раньше отправился в Трусо англосакс Вульфстан. Ал-Мусади и ал-Макудаси перечисляют товары, привезенные русами в земли Булгар на Волге, чуть ниже впадения в нее Камы: меха: соболь, белка, горностай, черная и белая лиса, куница, бобр; стрелы и мечи, воск и береста, янтарь, мед, козлиные и лошадиные шкуры, ястребы, желуди, земляные орехи, скот и славянские рабы. Кое-кто из русов пришел издалека, с холодного, мрачного севера, совершив трехмесячное путешествие из темной страны, где не бывает солнца, омываемой северным океаном. Ибн-Фадлан так описывает торговцев, увиденных им на Волге в 922 г.:

"Я видел русов, когда они прибыли по своим торговым делам и расположились на реке Атиль. И я не видел людей с более совершенными телами, чем они. Они подобны пальмам, румяны, красны. Они не носят ни курток, ни хафтанов, но носит какой-либо муж из их числа кису (плащ), которой он покрывает один свой бок, причем одна из его рук выходит из нее. У каждого из них имеется секира, меч и нож, и он никогда не расстается с тем, о чем мы упомянули. Мечи их плоские, с бороздками, франкские… А что касается каждой женщины из их числа, то на груди ее прикреплено кольцо из железа, или из серебра, или из меди, или золота, в соответствии с денежными средствами ее мужа и с количеством их. И у каждого кольца коробочка (скорлупообразная фибула. — Примеч. А.К.), у которой нож также прикрепленный к груди. На шеях у них несколько рядов монистов из золота и серебра… Самое лучшее из украшений у них (русов) — это зеленые бусы… они нанизывают их как ожерелья для своих жен…

…Они прибывают из своей страны и причаливают свои корабли на Атиле, а это большая река, и строят на ее берегу большие дома из дерева, и собирается их в одном таком доме десять или двадцать, меньше или больше, и у каждого из них скамья, на которой он сидит, и с ним девушки — восторг для купцов. И вот один из них сочетается со своей девушкой, а товарищ его смотрит на него. Иногда же соединяются многие из них в таком положении один против других, и входит купец, чтобы купить у кого-либо из них девушку, и таким образом застает его сочетающимся с нею, и он не оставляет ее, или же удовлетворит отчасти свою потребность…

И как только приезжают их корабли к этой пристани, каждый из них выходит и несет с собою хлеб, мясо, лук, молоко, и набид, пока не подойдет к высокой воткнутой деревяшке, у которой имеется лицо, похожее на лицо человека, а вокруг нее — маленькие изображения, а позади этих изображений стоят высокие деревяшки, воткнутые в землю. Итак, он подходит к большому изображению и поклоняется ему, потом говорит ему: "О мой господин, я приехал из отдаленной страны и со мною девушек — столько-то и столько-то голов, и соболей — столько-то и столько-то шкур", пока не сообщит всего, что привез с собою из своих товаров; "и я пришел к тебе с этим даром"; потом он оставляет то, что было с ним, перед этой деревяшкой. "Вот, я желаю, чтобы ты пожаловал мне купца с многочисленными динарами и дирхемами и чтобы он купил у меня, как я пожелаю, и не прекословил бы мне в том, что я скажу" (68).