Читаем Викинги полностью

Так закончился вечер, а на следующее утро Фелимид поехал с гостями к кораблю в сопровождении большой группы патцинаков. Но перед тем как покинуть его, они все получили от Фелимида подарки. Орму, Черноволосому и Ульфу он подарил по ножу с золотой насечкой на рукояти и с серебряными ножнами, а для Йивы передал тюк китайского шелка. Они поблагодарили его за подарки и подумали, что жаль, что у них нет ничего, что можно было бы передать ему в знак дружбы.

— Мне доставляет удовольствие немного вещей, — сказал Фелимид, — и золото и серебро не входят в их число. Поэтому ничего не значит, что у вас нечего мне подарить. Мне не нужны подарки, чтобы быть уверенным в вашей дружбе. Однако есть одна вещь, которую мне хотелось бы иметь, если только у вас будет возможность послать ее мне. Твои большие собаки еще живы?

Орм сказал, что живы и в добром здравии, и что когда он уезжал, их было четырнадцать. Тогда Фелимид сказал:

— Скоро, Черноволосый, ты станешь взрослым воином и отправишься в свой собственный большой поход, ведь ты так рано начал. Может так случиться, что ты поедешь в Киев или в Миклагард. Если такое случится, привези мне в качестве подарка две-три большие собаки. Этот подарок мне очень понравится, ниодин другой мне не доставит такого удовольствия. Ведь они родом из Ирландии, моей родины.

Черноволосый обещал, что сделает это, если попадет в Восточную Страну, затем они свернули лагерь и обратились опять на север. Писец Фасте равнодушно покивал им, когда они уезжали, его мысли были заняты другим. Он сидел с хазарскими рабами, обучаясь игре на свирели. Черноволосый и Ульф хотели бы еще побыть с патцинаками, посмотреть на танцовщиц и получить от них другие удовольствия, но Орму не терпелось попасть снова на свой корабль, к своим людям, но их не отпускали, пока не будет полностью выплачен выкуп за Черноволосого и Ульфа. Орм один пошел к кораблю, и когда люди на борту увидели его, то очень обрадовались и спустили лодку. Токе вручил ему его меч и спросил, как дела. Орм рассказал, как он встретил Фелимида и как они решили все дело между собой, назвал и размер выкупа за Черноволосого и Ульфа.

Токе рассмеялся от радости.

— Нам на удачу жаловаться не приходится, — сказал он, — и не надо тебе тратить серебро, чтобы освободить мальчиков. У нас на борту девять патцинаков, связанных по рукам и ногам, они составят более чем достаточный выкуп за двоих.

Он добавил, что Споф и Длинная Палка и многие другие не могли не думать о всем том серебре, которое просыпалось в воду.

— Они уговаривали и умоляли меня, — сказал он, — пока наконец я не согласился. Споф вместе с двадцатью воинами пошел по правому берегу, где не было опасности быть атакованными. Между двумя порогами они пересекли реку в том месте, где река настолько мелкая, что им почти не пришлось плыть, и незаметно в сумерках прокрались к месту, где лежали сокровища. Там они неожиданно услышали веселые крики и увидели пасущихся коней, и напали на этих патцинаков, когда те выуживали серебро. Мы без труда захватили их, потому что они были не вооружены и не успели выскочить из воды. Вместе с ними мы захватили все серебро, которое они выловили. Мы как раз сейчас обсуждали, не стоит ли освободить одного из Них и послать его к своим, чтобы освободить тебя и Мальчиков.

Орм сказал, что это действительно хорошие новости, хотя он и сомневается, согласятся ли с таким мнением патцинаки. Некоторое время он стоял в раздумье.

— Я не буду требовать выкупа за этих пленников, — сказал он, — и никто на корабле от этого не потеряет, кроме меня. Но они не должны быть освобождены до тех пор, пока не освободят мальчиков.

— Ты — великий вождь, — сказал Токе, — и должен поступать как таковой. Но в данном случае ты проявляешь великодушие к людям, которые не заслуживают такого отношения. Во-первых, это они напали на нас, а не мы.

— Ты не знаешь Фелимида, — сказал Орм. — Он стоит большого великодушия. Это дело будет разрешено так, как я хочу.

Итак, он вместе с Токе поднял мешок серебра и понес к ожидавшим патцинакам. Когда те увидели, что в мешке, то забегали вокруг, измеряя шапки друг друга, чтобы найти самые большие, но Фелимид при этом рассердился, снял свою шапку и приказал, чтобы серебро отмерялось в нее. Никто не осмелился возражать.

После этого послали людей поискать доску. Ее положили на камень и подрубили так, что она стала весить одинаково с обеих сторон. Затем на один конец посадили Черноволосого. Через другой конец патцинаки перекинули седельные сумки, и в них Орм стал сыпать серебро из мешка до тех пор, пока Черноволосый не оторвался от земли. Все патцинаки, сказал Фелимид, согласились с тем, что взвешивание было проведено правильно, потому что они понимали, что если бы Черноволосый разделся перед тем, как сел на доску, Орму пришлось бы отдавать меньше серебра, и никто не смог бы пожаловаться, что взвешивание проводится нечестно.

Когда взвешивание закончилось, Токе пошел обратно к кораблю с оставшимся серебром, а Орм сказал Фелимиду: