Читаем Вихрь колдовства полностью

– Смотрите на меня! – задыхаясь, крикнула Чарли, перепрыгивая с одной кровати на другую. – Смотри, Бетти! Кровати – это лодки, а пол – замерзшее озеро. Нельзя упасть, иначе замерзнешь насмерть! Оп! – Она прыгнула на кровать поменьше, лохматая копна волос взметнулась и осела на голове, как птичье гнездо. – Ты на тонком льду, ты на льду, давай быстрей!

Переглянувшись, когда сестренка отвернулась, Бетти и Флисс послушно сели на кровати и поджали ноги, чтобы не касаться пола.

– Треснул лед, треснул лед, – пропела Чарли, – кто ко дну сейчас пойдет?

К горлу Бетти подступил комок, и она увидела, что в глазах Флисс встали слезы. Чарли была слишком мала, чтобы помнить их маму, Грейс Уиддершинс, но Бетти и Флисс помнили всё и знали, как она погибла. Бабушка и папа болели, мама отправилась за врачом для них. Той ночью на Вороний Камень лег густой туман. Настолько густой, что она и не заметила, как сбилась с пути и вышла на замерзший пруд у Тощего Леса. Так и не отыскав дорогу назад, она ступила на самый тонкий лед посередине пруда. Лед проломился, и она утонула.

Чарли, тогда еще совсем кроха, по-настоящему не очень много думала о маме и рассказ о ее смерти воспринимала просто как историю. Очень давнюю историю о ком-то, кого она почти и не знала.

– Ох, Чарли, – с преувеличенным оживлением сказала Флисс, утирая нос рукавом, что было уж совсем не в ее духе. – Посмотри, что ты сотворила с этими простынями, они все мятые! Прекрати, хватит скакать. Давайте спустимся и перекусим. А может быть, когда мы придем с ужина, наш чемодан уже доставят.

При упоминании еды Чарли перестала подпрыгивать и с чудовищным шумом соскочила на пол. Бетти удалось справиться с комом в горле. Флисс расправила стопки постельного белья и отправила сестер к маленькому умывальнику в углу комнаты – ополоснуть руки и лицо. Они привели себя в порядок, Флисс, насколько получилось, обуздала всклокоченную шевелюру Чарли, и, забрав ключ, который им дали внизу, все вышли из комнаты.

– Странно, – удивилась Флисс, поворачивая ключ. – Дверь не запирается. И вроде застрял. – Она повозилась еще, вынула ключ и, покачав головой, сделала новую попытку.

– Подожди. – У Бетти возникла мысль. Она вернулась в комнату и взяла с комода ключ, забытый горничной. – Попробуй этот. Может быть, девушка оставила нам его специально.

– Тогда зачем нам дали этот? – Флисс покачала в руке серебряный ключ.

– Не знаю. – Бетти вставила темный железный ключ в замочную скважину и повернула. Раздался щелчок, дверь закрылась. – Но гляди-ка, я права. – Увидев озадаченное лицо Флисс, она улыбнулась и пожала плечами. – Наверное, женщина за стойкой поняла, что ошиблась, и послала девушку наверх с правильным ключом.

– Думаю, да, – согласилась Флисс.

Они пошли назад по коридору к великолепной лестнице, стараясь в этот раз отвлечь Чарли от удручающих оленьих голов.

– Это лучшая лестница из всех, что я видела. – Бетти похлопала по плавным изгибам деревянных перил. – Только представьте, с какой скоростью по ним можно съехать!

У стойки регистрации они увидели усталую миссис Чемберс, которая опять разговаривала с рыжеусым мужчиной. За ним выстроилась нетерпеливая очередь приезжих с чемоданами. Некоторые гости говорили с необычным акцентом, и Бетти изо всех сил сдерживалась, чтобы не таращиться на них. Звучала даже иностранная речь. Похоже, люди стекались на зимнюю ярмарку отовсюду.

– Говорю вам, что сверху доносится громкий стук и грохот, – негодовал мистер Снид. – Ужасный шум – я требую, чтобы вы немедленно переселили из того номера всех, кто бы там ни был, или научили их, как себя вести.

– Но, сэр, – терпеливо сказала миссис Чемберс, – я уже объясняла, комната над вами пуста.

– Мадам, это не так. Я совершенно ясно слышал…

Вдруг Бетти заметила какое-то движение. В узорчатом стекле двери позади миссис Чемберс появился темный силуэт. Застыл на мгновение, когда кто-то из гостей стал прислушиваться, затем шевельнулся и пропал.

Проходя мимо стойки, Бетти сочувственно посмотрела на миссис Чемберс, и девочки пошли ужинать. Бетти подумала, что этому месту нужен человек вроде бабушки. На Вороньем Камне, в трактире «Потайной карман», Банни Уиддершинс была самой суровой хозяйкой из всех, что знало это заведение. Любого, кто вел себя неподобающим образом, она выпроваживала за шиворот. Случалось даже, швыряла подковы в буйных посетителей.

Но в Поместье Эхо было то, чего не было в «Потайном кармане», – отличный повар. Это подтверждали витавшие вокруг вкусные запахи и быстрота, с которой официанты пополняли стремительно пустеющие хлебные корзины, блюда с пирожными и кувшинчики с заварным кремом и соусами.

– Ух ты, – выдохнула Чарли, глаза у нее стали размером с колесо телеги. – Я хочу попробовать все!