Читаем Vigilance (СИ) полностью

Обходя вниманием эту досадную мелочь, Сурана считал, что добился значительных успехов. Лавка Томвайза находилась в Клоаке – отвратительных трущобах под городом, где чахли заброшенные штольни. Пускай там было почти нечем дышать, пускай с непривычки эльф заходился в приступах жуткого кашля, но это место было стратегически выгодным. Там обретались преступники, наемники, головорезы из Хартии, тевинтерские работорговцы и сбежавшие из Круга маги-отступники. Даже просто слушая разговоры вокруг, эльф купался в море интригующих сведений. Он довольно быстро узнал расстановку политических сил в городе (намного подробнее, чем изложил это Страуд со слов Бетани), имена самых влиятельных и известных людей города (в числе которых была Агнес Хоук со своей пестрой компанией приятелей) и местоположение тайных убежищ контрабандистов и отступников.

А еще он нашел Андерса.

Сбежавший Серый Страж обретался в той же Клоаке, и его нищенское жилище, украшенное лишь горящим фонарем, было превращено в лечебницу. Стоит заметить, что лечил Андерс всех бесплатно и вдобавок, по слухам, помогал магам бежать из Казематов и делал это довольно часто. Адвена, убежденного эквитарианца*, это обстоятельство весьма раздражало. Однако он решил не принимать поспешных решений и только наблюдал за Андерсом издалека, поражаясь, насколько сильно маг изменился за ничтожно короткое время. Обаятельный и безответственный шутник ходил мрачнее тучи, говорил с каким-то пафосным надрывом и даже котят кормил с трагической миной на лице. Любой, кто хоть пять минут общался с Андерсом до его слияния со Справедливостью, заметил бы разницу. «Дурак, дурак, дурак, ну неужели в Круге тебе недостаточно хорошо объяснили, что нельзя впускать в свое тело всех желающих?» – мысленно проклинал его эльф, но поделать ничего было уже нельзя. Оставалось только надеяться, что Справедливость не обезумеет окончательно и не начнет творить «добро» направо и налево.

А еще в Клоаке часто показывалась Агнес Хоук. Бойкая темноволосая девица громко болтала со спутниками, оглушительно хохотала и между делом всаживала нож под ребра очередному головорезу, от безысходности решившему ограбить ее. Хотя, по словам Феликса, Хоуки были ветвью благородного семейства Амеллов, найти хоть каплю благородства в Агнес было затруднительно: выражалась она по-простецки, не могла похвастаться ни благородной осанкой, ни царственным видом – типичная «ферелденская брюква», как в шутку называл «собачников»** Натаниэль. Она была по-своему обаятельна и мила, но Сурана никогда не заглядывался на человеческих женщин. Было в них что-то отталкивающее.

- Эй!

Дружелюбно помахав рукой Томвайзу, Агнес подошла поближе. Приветливо кивнув ей, Адвен мельком глянул на ее спутников – безбородого гнома с арбалетом за спиной и смуглого эльфа, с ног до головы расписанного серебристыми татуировками.

- Привет, Хоук, - устало улыбнулся торговец. – Как поживаешь?

- Не могу пожаловаться, Томвайз. – Девица была в весьма приподнятом настроении. – Я теперь живу в Верхнем городе. Неделю назад перебрались туда с мамой и Дейном.

- Ого. – Эльф удивленно приподнял брови. – Ничего себе. Как это тебя угораздило?

- Я же Амелл по матери. В Верхнем городе есть наше имение. Мама просто добилась у наместника того, чтобы его вернули законным хозяевам.

- Поздравляю, Хоук. Ты молодец.

- Вижу, ты совсем себя не бережешь, - озабоченно покачала головой Агнес, слыша усталое безразличие в голосе Томвайза. Тот лишь махнул рукой:

- Надо же как-то кормиться. Деньги сами себя не заработают.

- Парень, иногда можно споткнуться о кучу золота, главное – не проворонить этот момент, - усмехнулся гном.

- Что-то я не припомню, Варрик, как мы спотыкаемся о кучи денег, - отозвалась девушка.

- У тебя девичья память, Хохотушка. На Глубинных тропах примерно так дело и обстояло. Правда, куда чаще мы спотыкались о порождений тьмы, но их судьба интересует людей намного меньше.

Когда он упомянул Глубинные тропы, Хоук слегка побледнела, и Сурана это заметил. К счастью, сама Агнес не обращала на него никакого внимания, поглощенная беседой со старым приятелем.

- Может, тебе подкинуть денег? – участливо поинтересовалась она. – Мне теперь не нужно считать каждый медяк.

- Спасибо, Хоук, ты очень добра, - улыбнулся Томвайз. – Но лучше оставайся моим клиентом и дальше. Мне приятнее получать деньги за работу, чем за красивые глаза.

- Старый честный Томвайз. – Девушка ласково потрепала его по руке. – Об этом можешь не волноваться. Я уже сказала Бодану, что яды буду заказывать у тебя. Ты сам знаешь, как много этого добра мне требуется.

- Да, Хоук. Можешь на меня рассчитывать.

Адвен бы взбесился, если бы каждый встречный называл его исключительно «Сураной», но Хоук, видимо, давно с этим смирилась. Фамилия шла ей едва ли не больше, чем имя, и ее часто называли именно так. В могучем «Хоук» было больше силы и основательности, чем в вяленьком «Агнес» – имени, которое подошло бы какой-нибудь щуплой церковнице.

- Удачного тебе дня, Томвайз!