Читаем Via Combusta полностью

А светлые ожидания бабушки по папиной линии имели настолько мощную силу, что вылились не только в оптовых закупках всевозможных полезных детских мелочей, без разбора и оглядки на пол и возраст, но и в гиперопеку молодой мамы. Не прошло и первого триместра, как готовящийся стать папой Алексей был вынужден оторваться от своей работы и внять советам мамы, которая настоятельно требовала, чтобы её внук рос не в пыльном и загазованном мегаполисе, а на природе. Так, забота свекрови и здоровый пофигизм мужа стали проводниками к абсолютному женскому счастью Есении, которая могла провести второй триместр, не только наслаждаясь в полной мере своими ощущениями и статусом, но и вовсю занимаясь гнездованием в своем новеньком элитном доме.

За всеми этими событиями все как-то потихоньку стали смещать фокус внимания в сторону от основного спонсора, день за днём всё дальше и дальше, пока этот фокус вконец не расплылся. Молодая жена понимала, что отпускает вожжи, но ничего не могла с этим поделать, так как мотаться вслед за мужем она больше чисто физически не могла. Да, к тому же, третий триместр ознаменовался рядом проблем и связанных с ними тревог, которые никак не способствовали постоянному присмотру за благоверным. По-хорошему, временами было уже не до него. Что Алексей и почувствовал. И это приподнятое чувство не претерпело существенных изменений даже после рождения сына.

Глава 8.

Московская область. Раздоры.

Без уточнения времени.

Между тем, время шло, Саша рос, а вместе с ним росли и те семейные проблемы, размер которых целиком зависел от количества свечек на торте ко дню его рождения. В благостной атмосфере расслабляющего полного достатка, если не сказать, полнейшего избытка, стали встречаться ситуации, характеризующиеся чувственным вакуумом, провоцируя если не конфликты, то уж точно скрытую напряженность. Ведь всем вокруг было совершенно комфортно: маме, свекрови, дяде Ираклию, даже мужу. Все получали от жизни сполна, черпая её полной ложкой, аж с двумя горками. А как посмотришь в глаза сына, который отца видит пару недель в году, так и кошки скребут. Да и не только кошки, но и тигры, ведь не только мальчик недополучает папиного внимания, но и ряд маминых интересов игнорируется. Поэтому, хоть в зеркало не смотри.

Материальная компенсация работала, но до определённого момента. Что-то поломалось в Есении, и она сама не могла понять, что с ней снова происходит. Чаще и чаще она стала звать и видеть во сне папу. Раз за разом стала ловить себя на мысли, что снова накатывают те первокурсные протестные эмоции, которые уже чуть не погубили её как-то раз. Волна за волной, год за годом, эти гонимые мысли пытались сконцентрироваться, пока не встали перед лицом молодой мамы прямым вопросом «А он вообще понимает, что у него есть жена и сын растёт?», который тут же перерос в сакраментальный «А он вообще нас любит?».

Масла в огонь подливали и совершенно закономерные вопросы скучающего по папе сына из серии «Мам, а когда к нам папа приедет?», после которых требовалось как-то тушить в себе приступы подступающего негодования. Стало очевидно, что под пробкой подкипает, причём так, что скоро сорвёт. Поэтому необходимо было что-то менять.

Однако именно в этом направлении поле выглядело абсолютно не паханным. Ведь малосемейный договор изначально строился на доктрине «кэфа выживаемости», которая вообще-то не предполагала буйства пылких чувств, не говоря уже о встречных. Недовыполнение семейных обязанностей Алексей с лихвой компенсировал балансовыми и забалансовыми отчислениями и настолько привык к данной нехитрой практике, что воспринимал её не иначе как само собой разумеющееся. Ну а мудрая женщина всегда найдёт тысячу способов, как с пользой для себя, ребёнка и семьи распорядиться свободными дензнаками, это ещё с каких времён-то незапамятных повелось. Посему, вошедший в привычку Есении акцепт выплаты подобных отступных служил полной индульгенцией для мужа. Отсюда, попытки поменять порочную практику, закономерно, натолкнулись на непонимание.

Да это и непониманием-то нельзя было назвать. Ведь её настойчивые предложения провести больше времени с семьёй, женой и сыном, уже воспринимались теневым кибер-воротилой настолько несерьёзно, несвоевременно, не оптимально и не эффективно, что удостаивались лишь отмашки. Алексей не усматривал в своём плотном рабочем графике никакой возможности для таких семейных встреч. О чём совещаться? Какую менеджерскую задачу он, успешный бизнесмен, должен был решить для семьи? Что они планируют с ним обсудить? Какая адженда? С Сашей надо сделать домашнее задание?! А к министру на встречу кто пойдёт, Пися Камушкин?