Читаем Ветеран полностью

Вы должны понять, синьор, что то были тяжкие, просто ужасные времена для Римской католической церкви. Даже я, священник, вынужден признать это. Подкуп, коррупция, борьба за власть, богатство и привилегии — вот что двигало в те времена священнослужителями. Многие их представители высшего ранга — епископы, архиепископы и кардиналы — жили в роскоши, как принцы, проводили время в праздности и наслаждениях, прибегали к насилию, потворствовали всем искушениям плоти.

Народ видел все это и не скрывал недовольства, тогда и началось движение под названием Реформация. В Северной Европе дела обстояли еще хуже. Лютер выступил с тезисами против индульгенций, английский король порвал с Римом. Италия кипела и бурлила, как огромный котел. Всего в нескольких милях от Флоренции был сожжен на костре после чудовищных пыток монах и проповедник Савонарола. Церковники хотели, чтоб он отрекся от своих взглядов, но он выстоял, и даже после его смерти волнения не стихали.

Церковь нуждалась в реформации, но не расколе, однако далеко не все ее иерархи разделяли эти взгляды. Среди них был епископ Сиены Людовико. Ему было что терять и чего бояться: он давным-давно превратил свой дворец в рассадник скандалов и разврата, коррупции, стяжательства и воинствующей злобы. Он налево и направо продавал индульгенции богатеям, отпускал им все самые страшные смертные грехи в обмен на богатство. И здесь, в его собственном городе, прямо под его стенами, жила молодая женщина, заставлявшая своим примером его устыдиться. И все люди знали и понимали это. Она не молилась, не читала проповедей в отличие от Савонаролы, но епископ начал не на шутку побаиваться ее…

С судейской трибуны на Пьяцца дель Кампо представителю победившей контрады было торжественно передано драгоценное Палио, барабанщики выбивали мелкую дробь, знаменосцы весело размахивали флажками, и вся эта праздничная процессия готовилась отправиться на банкет в честь победителя.

— Мы все пропустили, дорогой, — сказала жена американцу, снова наклонилась, пощупала лодыжку и сочла, что ей гораздо лучше. — Теперь нам и смотреть-то нечего.

— Ну потерпи еще чуток. Обещаю, мы увидим праздничные гулянья. Торжества продлятся до рассвета. Так что с ней случилось? Что произошло с Катериной Милосердной?

— Через год епископу представился шанс. Лето выдалось чудовищно жаркое. Земля трескалась, ручьи и реки высохли, улицы покрывал толстый слой человеческих экскрементов, крысы плодились в несметных количествах.

А потом пришла чума. Разразилась очередная эпидемия этой страшной болезни, которую тогда называли «черной смертью», а мы называем бубонной, или легочной, чумой. Люди умирали тысячами. Сегодня мы знаем, что распространителями этой болезни являются крысы и живущие на них блохи. Но тогда люди думали, что эту болезнь насылает на них бог в наказание за их грехи. Бог разгневан, а потому усмирить его гнев можно только жертвоприношением. К тому времени, чтоб как-то отличаться от других сестер в городе, Катерина придумала для себя и трех своих помощниц особый знак отличия, которым все четверо украсили свои одеяния. Это был крест, на котором распяли Иисуса, но одна перекладина была у него сломана — чтоб выразить тем самым, как он скорбит по своему народу, показать, как скверно члены его паствы обращаются друг с другом. Мы узнали об этом из записей все того же старого священника.

Епископ объявил знак с крестом ересью и начал подстрекать шайку убийц и насильников, многим из которых платил из своего кармана. Чума, заявил он, пришла к нам с этого проклятого двора, ее распространили нищие и бродяги, спавшие там по ночам, а днем слоняющиеся по городу. Отчаявшимся людям хотелось найти козла опущения. Того, на кого можно было бы взвалить всю вину за их страдания и болезнь. И вот шайка приспешников епископа ворвалась во двор.

Старого священника-летописца во дворе не было, но он был наслышан о том, что там творилось. Узнав о приближении разбойников, три помощницы Катерины накинули поверх платьев рваные одеяла, скрыв таким образом знак, и убежали. Катерина осталась. Разбойники ворвались и стали избивать всех подряд — мужчин, женщин, стариков и детей, а затем вытолкали их за пределы города, чтоб уже никогда не пустить обратно. Тем самым они обрекали многих на верную смерть.

Но с особой жестокостью поступили они с Катериной. Они догадывались, что она девственница, а потому грубо повалили на землю и зверски изнасиловали всей толпой. Среди насильников были и солдаты из личной гвардии епископа. Сделав свое черное дело, она распяли женщину на дубовой двери в конце двора, где она и умерла в мучениях.

— Вот такая история, — вздохнул хирург. — И поведал мне ее Фра Доменико в маленьком кафе при гостинице семь лет тому назад.

— И это все? — спросил американец. — И он вам больше ничего не сказал?

— Сказал… еще кое-что, — нехотя признался хирург.

— Ну говорите же, говорите, не томите! — взмолился турист.