Читаем Весна народов полностью

Вслед за полуботковцами отправили на фронт и полк имени Богдана Хмельницкого. Богдановцев провожали торжественно, как будущих героев. Ехали весело – с цветами и женщинами, с оружием и денатуратом[558], который во времена сухого закона заменял солдатам нормальный алкоголь. Хотели скрасить расставание с Киевом, с привольной и сравнительно легкой жизнью в тылу, где только и дел было, что охранять Раду и маршировать под желто-голубыми знаменами.

Многие отправлялись нетрезвыми и решили отметить исторический день салютом – начали пальбу вверх. Эшелон с салютовавшими солдатами проехал станцию Киев. Впечатление было не из приятных: «До 16 ч. все проходило спокойно, – вспоминал П.А. фон Вик, поручик 3-го эскадрона гвардейского кирасирского полка. – В этот час послышалась все приближающаяся ружейная стрельба. Мимо пассажирской станции пронесся эшелон, обстреливавший здание вокзала. Поднялась страшная паника. Публика кинулась бежать кто куда, бросая свой багаж. Многое было сразу расхищено»[559]. Это был первый эшелон богдановцев. Когда же к станции подъехал второй эшелон, тоже «салютовавший», их встретили во всеоружии: гвардейский полуэскадрон дал три залпа прямо по вагонам.

Однако злоключения богдановцев только начинались. Первый украинский полк ждал первый бой с русской гвардией.

Киевский железнодорожный узел с апреля 1917 года охранял гвардейский кирасирский полк. Василий Шульгин писал, будто полк состоял из малороссов, верных России. Так ли это? Мне известен списочный состав только офицерского корпуса. Но именно офицерский корпус определяет боевой дух полка, еще не ослабевшего под влиянием солдатских комитетов и большевистских агитаторов.

На первый взгляд, перед нами российский имперский интернационал. Командир полка – кабардинский князь Бекович-Черкасский, его помощники – полковник Абамелик (армянский князь) и полковник Леонид Сахновский, представитель давно обрусевшего малороссийского дворянского рода. Среди офицеров встречались и поляки (Страженецкий, Доленго-Ковалевский), и крымские татары (Девлет-Кильдеев), и, конечно же, немцы (фон Вик, фон Менар). Но большая часть офицерского состава – люди с явно великорусскими фамилиями: Кобылин, Максимов, Сафонов, Ломакин, Толмачев, Рябинин, Кучин, Каменский и еще многие[560]. В сочетании с еще не утраченными традициями русской императорской армии, с влиянием русской культуры господство русских было бесспорным. Гвардейский кирасирский был настоящим русским полком, что откажется от украинизации даже поздней осенью 1917-го, когда придется выбирать между украинцами и большевиками.

Дальнейшие события 22 июля 1917 года известны нам из русских и украинских источников, которые совершенно противоречат друг другу. Украинцы (Винниченко, Тютюнник) пишут, что славный 1-й казацкий полк отправился на фронт, чтобы защищать Россию. Но по дороге его подло атаковали «темные донские казаки» и «дикие кирасиры». Богдановцы оказались не готовы к этой «провокации» и под перекрестным пулеметным огнем вынуждены были сложить оружие.

Русские описывают эти события гораздо подробнее. Генерал Цытович, начальник киевского гарнизона, узнав о стрельбе на вокзале, распорядился задержать оба эшелона с богдановцами. Первый эшелон был остановлен эскадроном кирасир, которым командовал ротмистр Толмачев: «…при виде окружившей их воинской части, находящейся в порядке и наведшей винтовки, богдановцы выбросили белый флаг и сдали оружие…»[561] Но этого мало. Русские кирасиры били разоруженных богдановцев прикладами, приговаривая: «Мы вам покажем Украину!»[562]

Второй эшелон богдановцев, задержанный совсем недалеко от Киева, на станции Пост-Волынский (сейчас эта территория входит в городскую черту), оказал некоторое сопротивление. Штаб-ротмистр Н.В.Молоствов распорядился отправить состав на запасной путь, где подготовил засаду: замаскировал два пулемета и несколько спешенных кирасир с карабинами. Всего в засаде было 17 гвардейцев против половины богдановского полка (не менее 1600 человек): «Взяв одного унт. офицера, я прошел вдоль эшелона. Мы громко выкрикивали против каждого вагона: “Выходи строиться! Оружия не брать! Даем 15 минут времени. Вся местность оцеплена, пулеметы на позиции. Сопротивление бесполезно. Кто выйдет, не будет наказан”. В ответ последовали ругательства и пьяные выкрики. Все же человек 60–70 исполнили приказание и вышли из вагонов безоружными»[563], – вспоминал русский офицер. Однако большинство украинцев остались в вагонах и открыли по кирасирам огонь. Тогда заговорили русские пулеметы: «Началась невообразимая паника… Люди выскакивали из вагонов, бросались в разные стороны… Здесь подоспел № 2 эскадрон, а затем подошел отряд юнкеров, присланный спешно из Киева»[564]. На этом бой завершился. Первое настоящее русско-украинское столкновение окончилось полнейшей победой русских. Причем в операции участвовал не весь кирасирский полк, а только два с половиной эскадрона и пулеметная команда, на долю которой, очевидно, и достался главный успех.