Читаем Весна народов полностью

Тем временем конница Шкуро достигла Днепра, перешла его по мосту у Екатеринослава и ворвалась в город. В Приазовье группа генерала Виноградова наступала на Бердянск и Мелитополь (Мариуполь был уже в руках у добровольцев). Генерал Слащев выбил большевиков из Крыма.

В Киев срочно прибыл председатель Реввоенсовета республики (разумеется, не украинской, а российской – РСФСР) товарищ Троцкий: «На совещании Реввоенсовета с его участием выяснилась безнадежная картина: 13-я армия, разбитая, бежит, бросая оружие; 14-я сильно потрепана, почти небоеспособна. Деникинцы уже подходят к Харькову, и нет надежды на его спасение»[1528].

На Харьков наступали 1-й армейский корпус генерала Кутепова и Терская дивизия генерала Топоркова: «Терцы Топоркова 1 июня захватили Купянск; к 11-му, обойдя Харьков с севера и северо-запада, отрезали сообщение харьковской группы большевиков на Ворожбу и Брянск и уничтожили несколько эшелонов подходивших подкреплений… Правая колонна генерала Кутепова 10 июня внезапным налетом захватила Белгород, отрезав сообщение Харькова с Курском. А 11-го, после пятидневных боев на подступах к Харькову, левая колонна его ворвалась в город и после ожесточенного уличного боя заняла его. <…> Разгром противника на этом фронте был полный, трофеи наши неисчислимы», – торжествовал Антон Иванович Деникин.

А тем временем на другом конце Украины напомнила о себе разбитая, зажатая в клещи между большевистскими и польскими войсками петлюровская армия. Заместитель начальника штаба армии Украинской Народной Республики Василь Тютюнник предложил смелый план: прорваться из западной Волыни в Подолье. Тогда украинцы выходили бы из-под удара поляков и оставались один на один с большевиками. Неудача означала военную катастрофу петлюровской армии и гибель Украинской республики. Собственно, эта республика состояла тогда из 13 000 бойцов (и не у всех были оружие и боеприпасы) и десятитысячного обоза, в котором шли украинские министры, чиновники и даже их жены и дети[1529]. В случае провала плана их ждали бы смерть или плен.

Петлюровцы были близки к этой катастрофе, так как не сразу сумели прорвать фронт. Решающий удар нанесли не сечевые стрельцы, которые уже считались чем-то вроде гвардии УНР, а Запорожский корпус. Его костяк составляли полки, защищавшие Киев от армии Муравьева еще в январе 1918-го. Запорожцы за шесть дней прошли с боями 160 километров и с марша атаковали позиции большевиков под стратегически важной станцией Волочиск. План Тютюнника удался. Фронт был прорван, петлюровцы заняли Проскуров и Каменец-Подольск. Подолье станет основным плацдармом для армии УНР, а Каменец на полгода будет столицей Украинской республики.

Войск для продолжения наступления не хватало. Но не было бы счастья, да несчастье помогло. В июне – начале июля 1919 года после ожесточенных боев с польскими войсками Галицкая армия была разбита и отступила за пограничную реку Збруч. Поляки их не преследовали. Галичане пошли на поклон к Петлюре и в конце концов согласились воевать под его руководством. Это была внушительная сила: больше 50 000 штыков, 160 пушек и даже 20 аэропланов[1530]. Их «прекрасную артиллерию» и «великолепный командный состав»[1531] отмечали и большевики, вообще-то не склонные восхвалять противника. Галицкую армию не стали сливать в единое целое с остатками армии УНР. Просто теперь на Западной Украине воевали целых две украинские национальные армии: петлюровская Действующая армия (Надднепрянская) и Галицкая армия (Надднестрянская), которые вместе составляли «соборную» армию так же, как объединенная Галиция и Надднепрянская Украина считались после январской «злуки» 1919 года единым государством.

К Петлюре, который снова обретал силу и авторитет, начали присоединяться отряды украинских атаманов. Юрий Тютюнник, начальник штаба атамана Григорьева, после неудачи восстания ушел с небольшим отрядом на Подолье, где присоединился к войскам УНР. Атаман Ефим Божко, решивший восстановить на Украине Запорожскую Сечь, тоже присоединился к Петлюре. Его «запорожцы» (не путать с Запорожским корпусом) приняли участие в летней кампании 1919 года.

Объединенный штаб Галицкой армии и петлюровской Действующей армии принял странное решение: организовать одновременно два наступления – на Одессу и на Киев. Наступление по расходящимся направлениям – плохое решение. Это замена удара кулаком на удар растопыренными пальцами: ударить ударишь, но не убьешь и не нанесешь серьезного вреда. К тому же и войск было мало. Действующая армия была размером с дивизию – не больше 15 000 бойцов и 120 орудий. В Галицкой армии осталось 47 000 боеспособных солдат, 160 орудий и 20 самолетов[1532]. Но Симон Петлюра предвкушал уже новый парад в освобожденном от большевиков Киеве. За три дня до вступления в Киев Петлюра обратился к своим войскам с такими словами.