Читаем Весна народов полностью

Но штаб повстанцев Подола возглавлял вовсе не портной, а профессиональный революционер Георгий Ливер. Правда, в штаб входили некие товарищи М. Кугель и Цимберг, которых украинский историк Ярослав Тинченко называет бывшими портными[800]. В их распоряжении было всего две сотни красногвардейцев и 50 солдат полка имени Сагайдачного. Они блокировали здание киевской семинарии, которую обороняли сечевые стрельцы, но сразу не атаковали ее, а пытались переманить на свою сторону сечевиков. Однако сечевики-галичане не поддавались большевистской агитации.

16 января основные силы подольской красной гвардии по Андреевскому спуску прорвались на Большую Владимирскую улицу, заняли здания центрального телеграфа, городской милиции[801] и захватили гостиницу «Прага». Это был важный тактический успех. Шестиэтажная «Прага» была одним из самых высотных зданий в центре Киева. На ее крыше располагался летний ресторан со смотровой площадкой, откуда открывался прекрасный вид на город. Соответственно, позиция для обстрела была тоже прекрасной. Все окрестные улицы оказались теперь под прицелом. Большевики втащили на крышу пулемет и открыли огонь по зданию Центральной рады. Осколки от разбитых окон сыпались даже в зале заседаний[802]. На перекрестке Владимирской и Прорезной и в сквере около Золотых ворот также поставили пулеметы.

В здании милиции большевики освободили всех заключенных, не разбираясь, с кем имеют дело – с «политическими» или уголовниками, разгромили «антропометрический кабинет с фотографическими карточками преступников», уничтожили все документы[803].

Большевики были близки к победе. Раду можно было легко захватить. Секретарь Центральной рады Михайло Еремиев попытался кое-как подготовить здание к обороне. Вход забаррикадировали, делегатам раздали японские винтовки, которые нашли на складе. Вооружили даже каких-то «дивчат» (машинисток?). Эта импровизированная охрана вряд ли спасла бы украинское правительство, если б завод «Арсенал» двинул свои главные силы в атаку и пробился на помощь к товарищам с Подола. Но арсенальцы два дня отсиживались в пассивной обороне. Они были уверены, что имеют дело с группировкой в 3000 человек, а потому не решались атаковать. На самом же деле «Арсенал» блокировали три броневика и взвод вольных казаков поручика Борковского[804]. Хуже того, еще перед восстанием третью подольскую сотню отправили в «Арсенал», где она стояла без дела целых два дня. А в это самое время их товарищи из последних сил сражались с войсками Центральной рады.

Украинское контрнаступление возглавил Александр Жуковский, который с этого дня исполнял обязанности военного министра (вместо явно неспособного Порша). Жуковский – украинец с Подолья, полковник Русской армии, награжденный георгиевским оружием, собрал отряд из офицеров Военного министерства (полковников, капитанов, штабс-капитанов, поручиков еще Русской армии) и нескольких вольных казаков. Опытные в военном деле офицеры быстро разгромили красногвардейцев на подступах к «Праге», внезапной штыковой атакой выбили большевиков из сквера, пулеметчиков забросали гранатами. «Прага» была окружена, но не сдавалась. «Гарнизоном» этого отеля руководил какой-то юнкер-еврей из Константиновского военного училища. Тем временем на помощь офицерам и вольным казакам пришли сечевые стрельцы, которые с боем взяли здание милиции и начали вытеснять большевиков из центральных кварталов Киева. Прибыл броневик, вооруженный пушкой, но красногвардейцы его подбили.

План атаки составил полковник Алексей Астафьев[805]. Около 17:00, в январских сумерках, войска Рады приступили к общему штурму «Праги». Пулеметы офицерского отряда без передышки вели огонь по зданию. Жуковский бросил гранату в главный вход отеля, сечевые стрельцы ворвались в вестибюль, перебив оборонявших вход красногвардейцев. Четырнадцать красногвардейцев забаррикадировались в одном из номеров, но украинец Новицкий разрушил их импровизированное укрепление двумя гранатами. Наконец украинцы добрались до террасы ресторана: «…началась паника. Обслуга (пулеметов. – С.Б.) разбегалась, как мыши, во все стороны. Еще минута, и большевики полетели, как жабы, с десятого этажа (на самом деле с шестого. – С.Б.)», – вспоминал Михайло Еремиев[806].

На следующий день силы Рады прибыли – подошел полк имени Гордиенко, разгромивший демиевских красногвардейцев. Теперь перевес был на стороне украинцев, однако упорные бои продолжались весь день 17 января. Подольские красногвардейцы нанесли неожиданный удар: около сотни большевиков пробились через Александровскую улицу на Крещатик, спустились вниз до Прорезной и Фундуклеевской и таким образом попытались пробиться к зданию Рады с северо-востока. По Прорезной они дошли до Большой Владимирской. Николай Полетика утверждал, что сам видел, как на Бибиковском бульваре «повстанцы деловито расстреливали украинских сечевых стрельцов»[807].