Читаем Весна полностью

Основы биологии. Все это Брит уже знает или знала, но забыла после школы, где все такое надо знать, чтобы получить зачет. Но Брит слушает, как девочка рассказывает об этом, сидя в ярком свете низкого вечернего солнца, пробивающегося сквозь разрыв в облаках и барабанным боем стучащего по окну поезда между телеграфными столбами – стучащего по Брит и словно играющего на ней светом.

По правде говоря, если бы Брит могла пролистнуть назад все те недели, что уже прожила на земле, каждый свой понедельник, она все равно пришла бы к стопроцентной уверенности, что еще никогда не была так счастлива вечером понедельника, как сейчас.

Она сидит в поезде с ребенком, не имеющим к ней ни малейшего отношения, и едет бог знает куда, бог знает зачем.

Она не на работе, где должна за деньги следить за бессрочно интернированными людьми –

потому что когда мы смотрим, мы только начинаем понимать, просто это поверхность, верхний слой понимания, – говорит девочка

– и, разумеется, Брит уже давным-давным давно не позволяла себе вспоминать, что у таких слов, как «клетка», есть другие значения. Странно, если учесть, что она работает в здании, где полно помещений, напоминающих клетки.

На вокзале Кингс-Кросс она села с хвоста на эдинбургский поезд и прошла вперед по вагонам, высматривая девочку. Через пять вагонов Брит ее вычислила: та сидела в стороне от других на сиденье со столиком, вытянув рукава школьной рубашки из-под рукавов блейзера.

Поезд вынырнул в пригород – в чистое поле, Брит встала в тамбуре между вагонами, спрятавшись за чужим багажом, и, поглядывая на девочку сквозь стеклянную дверь, взяла в руку телефон и набрала рабочий номер.

Она нажала «вызов». На ресепшен ответили. Она спряталась за углом и попросила соединить ее со Стел.

Ее соединили с автоответчиком в кабинете Стел, где кто угодно мог услышать ее сообщение, пока она его оставляла.

Поэтому она дала отбой и позвонила Стел на мобильный. Тот соединил ее с автоответчиком. Привет, – сказала она. – Стел, это Брит Холл. Слушай, я в поезде с девчонкой, ну знаешь, та девчонка, что заставила все убрать в прошлом месяце? Думаю, это она. Почти уверена. В общем, я в этом поезде, и она в том же поезде, мне видно ее отсюда, и я, э, я –

Она отвела телефон в сторону.

За эти пару секунд на автоответчике Стел должен был записаться звук поезда.

Она нажала «1».

Голос в автоответчике сказал, что она может нажать «2», чтобы перезаписать свое сообщение. Она нажала «2». Подержала телефон в воздухе, чтобы он записал звуки поезда поверх фонограммы с ее собственным голосом.

Затем положила телефон обратно в карман куртки и шагнула вперед, после чего двери раздвинулись.

Девочка подняла глаза от школьной тетрадки, раскрытой перед ней.

Заняла вам место, – сказала она. – И еще…

Она сказала это так, будто они разговаривали без перерыва, а не порознь пересекали Лондон в разных поездах последние пару часов.

Если где-нибудь в мире взорвется еще пять ядерных бомб, – сказала она, – то начнется вечная ядерная осень и времен года больше не будет.

Кто научил тебя этой параноидальной бредятине? – сказала Брит.

Это не бредятина, а искреннее предостережение на будущее, – сказала девочка. – Разве вы не знаете о том, какая горячая вода в морях? Если не знаете, то можете найти это в Сети. Просто поищите. Это не только мое, но и ваше будущее.

Я думала, ты не любишь пользоваться интернетом, – сказала Брит.

Просто я предпочитаю пользоваться им по уму, – сказала девочка.

Кто же это, в гроб сходя, назначил тебя новым Сократом? – сказала Брит.

По-моему, если уж говорить о классике, вы имели в виду новую Кассандру, – сказала девочка.

А по-моему, ты умняшка, – сказала Брит.

Надеюсь, ума мне хватает, – сказала девочка. – Надеюсь, и вам тоже.

Да я просто умнющая, спасибо, – сказала Брит.

Разумная машина, – сказала девочка.

Это я и есть, – сказала Брит, усаживаясь на сиденье, которое девочка заняла для нее.

Женщина, сидевшая за столиком по ту сторону прохода, пришла в ужас, когда девочка сказала, что в лужице воды на столе кишит жизнь.

Люди по всему поезду смотрели в экраны, прижимали их к ушам и носам, держали на коленях.

А они с девочкой все это время играли в игру, которую девочка назвала «Везучие 13».

Правила такие: я задаю тринадцать вопросов, а потом мы обе должны на них ответить. Хорошо? – сказала девочка.

Хорошо, – сказала Брит.

Какой ваш любимый цвет, песня, еда, напиток, одежда, место, время года, день недели? Каким животным вы бы стали, если бы были животным? Какой птицей? Каким насекомым? Назовите одну вещь, которая у вас очень хорошо получается. Как вам хотелось бы умереть?

О, какой депрессивный последний вопрос, – сказала Брит. – Кто придумал эту игру?

Я, – сказала девочка. – И как раз из-за последнего вопроса в ее названии есть слово «везучий».

Что же такого везучего в любимом способе смерти? – сказала Брит.

Если вы не понимаете, насколько вам повезло, раз вы можете обсуждать возможность выбора, – сказала девочка, – я могу сказать лишь одно: вам очень крупно повезло.

Вот ответы девчонки:

Любимый цвет – бирюзовый.