Читаем Весна полностью

Он смотрит на только что отправленное письмо. В поле «тема» так и осталось история о…

(Моя самая любимая открытка – вот эта, – сказала ему Пэдди пару лет назад, показав фотографию моста в Риме.

А, эта, – сказал он. – Да, помню.

Она зачитала, что он написал на обороте:

Дорогая Пэдди, мой отец весь в слезах, потому что старик, который обычно играет на саксофоне на этом мосту, с маленьким кустарным тентом над головой, прикрепленным к плечам, словно дополнительный инструмент в экипировке человека-оркестра, будто тень тоже должна быть его частью, одним из инструментов в жаркой стране, исчез в этом году вместе с тентом и всем остальным, а вместо него какой-то другой мужик гораздо моложе лабает через усилок на отстойной гитаре. Иногда и вообще никто не играет. Мой отец – старый сентиментальный дурак. Но об этом ты уже знаешь. Каждый день он заставляет меня ходить и проверять этот мост – не вернулся ли саксофонист. Не считая этого, отлично провожу время. Жаль, тебя нет.

Знаешь, я храню их все, – сказала она. – Сижу иногда и читаю одну за другой. Или тасую и по одной сдаю. Как гадание по картам Таро – каким будет день.)

История о… Ричарду интересно, что теперь станет со всеми этими открытками от их воображаемого ребенка.

Мусорный контейнер.

Он пожимает плечами.

Пока он думает над этим, во входящих появляется письмо.

Тема: Ответ: церемония прощания с нашей матерью

Дорогой Ричард

нам очень жаль но на церемонии будут выступать только близкие родственники. Передадим ваше предложение о стихотворении спасибо но у нас уже и так оч насыщенная программа. Намечается оч особенный день. С радостью ждем вас в пт, снп Дермот и Патрик Хил.

Он откидывается на стуле.

Не ходи, – говорит воображаемая дочь.

Как можно? – говорит он.

Мы не обязаны, – говорит она.

Я не могу. Я должен почтить ее память, – говорит он.

Тогда почти ее по-настоящему, – говорит она.


Субботним вечером октября, за пару дней до того, как он сядет на поезд на север, наивно полагая, что, сев на поезд в какое-нибудь другое место, сможет убежать от самого себя или пережить самого себя, Ричард наконец открывает последний имейл Терпа.

Это новые варианты сцен.

Он должен был прочитать и прокомментировать их ко вчерашнему дню, чтобы обсудить на встрече в понедельник.

Их десять. Он открывает первую. Действие происходит в вагоне канатной дороги.

НАТ. ВАГОНЫ КАНАТНОЙ ДОРОГИ В ЗАСНЕЖЕННЫХ ГОРАХ. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ

Все вагоны останавливаются. Вагон с Кэтрин и Райнером слегка покачивается на канате. На дереве каркает ворона.

ИНТ. ВАГОН РАЙНЕРА И КЭТРИН В ЗАСНЕЖЕННЫХ ГОРАХ. ПРОДОЛЖЕНИЕ. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ

Райнер смотрит на Кэтрин с противоположной деревянной скамьи.

РАЙНЕР

Даже не думал обрести в Швейцарии такую любовь. Кто знал, что эта страна преподнесет мне такой подарок? Я написал для тебя стихи. Вечером прочитаю.


Кэтрин улыбается. Она закрывает глаза. Снова открывает.

РАЙНЕР

Мне бы хотелось положить на твои веки по розовому лепестку. Хотелось бы, чтобы тебя пробудила их прохлада, а сами розы пробудил взгляд твоих глаз, что согревают природу теплом, даже когда они закрыты и ты спишь. Знаешь, я тоже люблю розы. Мне бы хотелось, чтобы розы вошли в тебя, а ты вошла в розы. Прямо сейчас. Закрой глаза.


Кэтрин на минуту задерживает на нем взгляд. Затем послушно закрывает глаза.

НАТ. ВАГОНЫ КАНАТНОЙ ДОРОГИ В ЗАСНЕЖЕННЫХ ГОРАХ. ПРОДОЛЖЕНИЕ. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ

ИНТ. ВАГОН ДЖОНА. ПРОДОЛЖЕНИЕ. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ

Джон, приехавший из Монтаны, замечает Кэтрин и Райнера в неподвижном вагоне напротив своего. Сначала он доволен. Вероятно, они поднимаются навстречу ему. Он стучит по стеклу своего вагона, пытаясь привлечь их внимание.

ДЖОН

Тиг! Тиг, солнышко!

НАТ. ВАГОН ДЖОНА. ПРОДОЛЖЕНИЕ. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ДНЯ

Видно, как Джон за стеклом кричит: «Привет!», но его не слышно. Шумит ветер, каркают вороны. Он беззвучно колотит рукой по стеклу.


Минуту спустя Джон видит то, чего предпочел бы не видеть.


Он колотит обеими руками, а затем и всем телом по стеклу вагона.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сезонный квартет

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Мы против вас
Мы против вас

«Мы против вас» продолжает начатый в книге «Медвежий угол» рассказ о небольшом городке Бьорнстад, затерявшемся в лесах северной Швеции. Здесь живут суровые, гордые и трудолюбивые люди, не привыкшие ждать милостей от судьбы. Все их надежды на лучшее связаны с местной хоккейной командой, рассчитывающей на победу в общенациональном турнире. Но трагические события накануне важнейшей игры разделяют население городка на два лагеря, а над клубом нависает угроза закрытия: его лучшие игроки, а затем и тренер, уходят в команду соперников из соседнего городка, туда же перетекают и спонсорские деньги. Жители «медвежьего угла» растеряны и подавлены…Однако жизнь дает городку шанс – в нем появляются новые лица, а с ними – возможность возродить любимую команду, которую не бросили и стремительный Амат, и неукротимый Беньи, и добродушный увалень надежный Бубу.По мере приближения решающего матча спортивное соперничество все больше перерастает в открытую войну: одни, ослепленные эмоциями, совершают непоправимые ошибки, другие охотно подливают масла в разгорающееся пламя взаимной ненависти… К чему приведет это «мы против вас»?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Рыбья кровь
Рыбья кровь

VIII век. Верховья Дона, глухая деревня в непроходимых лесах. Юный Дарник по прозвищу Рыбья Кровь больше всего на свете хочет путешествовать. В те времена такое могли себе позволить только купцы и воины.Покинув родную землянку, Дарник отправляется в большую жизнь. По пути вокруг него собирается целая ватага таких же предприимчивых, мечтающих о воинской славе парней. Закаляясь в схватках с многочисленными противниками, где доблестью, а где хитростью покоряя города и племена, она превращается в небольшое войско, а Дарник – в настоящего воеводу, не знающего поражений и мечтающего о собственном княжестве…

Борис Сенега , Евгений Иванович Таганов , Франсуаза Саган , Евгений Рубаев , Евгений Таганов

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Современная проза