Читаем Верона (СИ) полностью

Антонио, едва выскочил из детских панталон, но рвался в бой и на приключения.

— Друзья, скорее, это же веселье!

Покажем Барбиерри свою удаль -

Попляшем вдоволь и попьем вина.

И рож Гвидичи не показывать без дела!

Пусть знают наших! Эй, друзья, вперед!

Так, значит, они все топают тайно в дом недругов, при чем, именно тех, что с утра лезли в драку? Ну-ну, интересно, зачем?

— Кому так надобна семейная вражда?

Что за напасть срываться в драку

Оружием размахивать без дела,

А нынче вот пробраться в чужой сад?

Антонио беспечно рассмеялся.

— Мы просто все повеселимся ночью.

Мы даже шпаги брать с собой не будем,

А утром разнесем у главной церкви

Что Барбиерри оставляют без охраны

Свой дом на время бала. Ну, идем!

Что ж, по крайней мере, не надо спрашивать, где дом врагов и тем самым вызывать лишние подозрения.

Состояние Аурелио немного удручало, он то словно боевой петушок рвался в бой, то мрачнел и замыкался, чуть ли не на полуслове.

Но взять за ручку, как маленького, и не отходить на шаг от него было бы глупо.

— Что-то мне перестает нравиться эта идея, - взволнованно зашептал юноша.

Фабрицио обернулся и презрительно хмыкнул,

— К черту! Я хочу веселиться!

***

И тогда Елин отпустила себя. Веселиться, так веселиться. Она докажет этому выскочке!

Очень быстро Агний понял, что следить за Аурелио на местном празднике было куда как сложнее, чем он себе представлял. А надо же было обязательно знакомиться с теми, кто может оказаться как друзьями, так и врагами. Но то, что они обязательно, каким-то образом, станут участниками очередного спектакля со смертью сомнения не вызывало.

Скрыв лицо под маской Аурелио, устремился в самую толпу людей. Все было ново и удивительно. Когда-то давно он тоже присутствовал на подобных мероприятиях, только роль у него была другая. Сейчас же, не нужно было обслуживать господ, играть для них, устраивать спектакли для услады их глаз, немыслимое чувство свободы, загоралось в груди.

Гости танцевали. Забавно. Не парами, не поодиночке. А встав рядами мужчины напротив женщин. Манерно выгибались, переплетали руки, кланялись и шаркали ногами в плоских башмаках. Поворачивались и кружились, почти не задевая друг друга. А потом музыка сменилась, все будто сорвались с места, схватили партнерш и, задирая высоко ноги, бросились в пляс.

Желание было тихо встать у бархатной шпалеры и наблюдать за весельем, самому оказавшись незамеченным. Но место, похоже, уже было занято.

Елин-Аурелио встретилась взглядом с теплыми карими глазами девочки, что уже следила за танцами из удобного уголка.

Ровесница Елин была наряжена в тяжелое красное платье, расшитое богато, но слишком вычурно, сетка на темных волосах вся сверкала пришитыми жемчужинами, а запястья обвивали браслеты. Как товар на продажу – мелькнуло в голове у Аурелио. Девочку выставили, а она спряталась.

Елин в мгновение позабыла, что она и кто. Присоединиться к девочке и на пару полюбоваться и, может быть, посплетничать?

Тихонько прокралась со спины и коснулась руки девицы.

Реакция была странная на первый взгляд. И на второй тоже. А потом Аурелио вспомнил, что он Аурелио.

Никто не увидит, никто не узнает, а можно ведь поиграть!

Она так мечтала о галантных ухаживаниях, о кавалере, что будет преклонять колени перед ней и говорить красивости, вздыхать и таять от вида Елин…

Почему бы и не опробовать, как это выглядит на самом деле? Девочка всегда поймет, что нужно другой девочке.

— Я, кажется, нарушил ваш покой.

Но тайно чаял я прикосновенья,

К священной красоте, так пусть же губы

Своим прикосновеньем уничтожат след

Чужого любованья чистотой девичьей…

Аурелио сжал затрепетавшую и вспотевшую девичью ладошку, перевернул и едва коснулся губами.

— Когда бы вы остановили взор свой

Лишь на ладони – экая беда,

Следы прикосновений самых разных

Смывает чистая прохладная вода.

Игра началась, девочка включилась. Они рождали здесь и сейчас мечту, сказку, балладу. Реализовывали сны девчачьи. И Аурелио даже не заметил, как наклонился к лицу девочки и поцеловал. Напугался сам, вытаращил глаза. Наткнулся на такой же испуганный взгляд. Они зашли непростительно далеко, поэтому молча кивнули, пообещав продолжения, и разбежались в разные стороны.

Аурелио пропал из поля зрения, мелькнул у шпалер и растворился. Фабрицио краем глаза следил за коренастой фигурой Риккардо, пока тот находился в противоположном конце зала. Хорошо.

Но совсем ему не по душе была стайка полупьяных юношей, что толпились вокруг своего предводителя. Фабрицио всегда умел слышать и слушать. Поэтому, когда Аурелио выскользнул из своего укрытия и прыснул в одну сторону, а разрумянившаяся пухленькая хозяйская дочка неторопливо выплыла оттуда же и, улыбаясь, поприветствовала Фабрицио, парень чертыхнулся.

Что надо иметь в голове вместо мозгов, чтоб его Елин могла так ошибиться? Или не ошибиться, кто знает же?

Изящный Аурелио мелькал то тут, то там, танцевал, пил вино, исчезал в саду и возвращался то в обнимку с какими-то мальчишками, то ведя за руку в круг для танца девушку. Хозяйскую дочь в кроваво красном тяжелом бархатном платье. Опять и опять её…