Читаем Верность полностью

На этой неделе все сотрудники ИТ-отдела, даже те, кто не участвовал в исправлении кода, задерживались допоздна. Грег очень нервничал и был уверен, что ребятишки, занимающиеся проблемой нового тысячелетия, готовят ему сюрприз. Босс признался Линкольну, что врач даже выписал ему рецепт на антидепрессанты.

Линкольн по-прежнему наблюдал за ударной группой, пытаясь заметить смятение или попытки отлынивать от работы, но парни спокойно сидели в углу и, глядя на мелькающие на экране цифры, по очереди нажимали на кнопки и потягивали лимонад.

Учитывая количество работы, Линкольн даже не успевал проверять «ВебШарк» или прогуливаться мимо отдела новостей. До четверга ему не удавалось нормально поесть: начался обратный отсчет, так что у них оставалось двадцать семь часов.

При виде его Дорис обрадовалась, а когда узнала, что Линкольн принес шоколадный торт, пришла в настоящий восторг.

– Мальчик, ну и характер у твоей мамы, – сказала она, когда Линкольн разворачивал обертку. – Энергичная женщина, а еще отличный повар. И, несомненно, очень хорошенькая. Почему она не нашла себе мужа?

– Не знаю, – ответил он.

Линкольн не мог и вообразить, чтобы мать снова связала себя брачными узами, хотя она недолго была замужем за отцом Ив.

Он видел свадебную фотографию: мама выбрала белое кружевное мини-платье и уложила волосы в пучок. Линкольн даже не представлял, чтобы мать когда-нибудь решилась на свидание. Но Ив утверждала, что до его рождения все было по-другому. Она вспоминала мужчин, вечеринки и незнакомцев за завтраком…

– Первые несколько лет после смерти Пола я и помыслить не могла о парнях, – разговорилась Дорис. – Но потом поняла, что могу прожить еще лет сорок, а ведь наша совместная жизнь была и того короче. Вряд ли ему бы понравилось, если бы я так долго хандрила.

– И вы начали ходить на свидания?

– Конечно, – подтвердила Дорис. – Есть пара джентльменов, с которыми я вижусь регулярно. Пока ничего серьезного, но кто знает?

Линкольн задумался: он ли ужинает с Дорис из вежливости или все обстоит с точностью до наоборот.

– Мама просила передать, чтобы вы не переживали по поводу давления, – заметил он, протягивая Дорис пластиковую вилку. – Торт на оливковом масле.

– Торт на оливковом масле? – удивилась Дорис. – Торт приготовлен из растительных ингредиентов?

– И очень вкусный, – продолжал Линкольн. – Я съел уже три куска.

Дорис попробовала свою порцию.

– Боже мой, – проговорила она с набитым ртом, – какая вкуснятина! Такой влажный. А глазурь! Как считаешь, она использовала оливковое масло и для глазури?

– Наверное, в глазурь добавлено обычное масло, – ответил Линкольн.

– Вот и хорошо.

Тут в комнату отдыха вошла девушка и направилась к автомату с закусками.

Молодая, ровесница Линкольна. Высокая. Густые темные волосы собраны в пучок, а лицо украшали веснушки. Очень привлекательная…

– Привет, Дорис, – поздоровалась она.

– Привет, милая, – сказала Дорис, – задерживаешься на работе?

Девушка улыбнулась Дорис и кивнула.

Затем улыбнулась Линкольну. У нее были ровные плечи и пышная грудь.

Похоже, Линкольн никогда не встречал ее раньше. У него перехватило дыхание, но он ответил на улыбку. Девушка повернулась к автомату с закусками и наклонилась, решив что-то взять, и Линкольн увидел мягкие завитки, выбившиеся из пучка. Потом она выпрямилась и быстро направилась к двери. Сотрудница «Курьера» была одета в приталенную белую рубашку и розовые вельветовые брюки. Узкая талия. Широкие бедра. Плавный изгиб спины. Очень хорошенькая.

– Жаль, у нее есть парень, – сказала Дорис, когда дверь за девушкой закрылась. – Она милая… Подходящего для тебя роста. Не пришлось бы низко наклоняться, чтобы поцеловать ее перед сном.

Линкольн почувствовал, как краснеют его щеки и шея. Дорис хихикнула.

– Пожалуй, на этой прекрасной ноте мне стоит вернуться к работе, – выпалил он, вставая.

– Спасибо за торт, парень, – поблагодарила Дорис.

Осторожно миновав отдел новостей, Линкольн спустился в ИТ-отдел.

А что, если это она, Бет? Возможно.

Пожалуй, ему стоило завязать разговор. Как раз в преддверии кануна Нового года. Тысячелетие не за горами. Она улыбнулась ему.

Ну, она, вероятно, улыбалась Дорис, но продолжала улыбаться, когда смотрела на него.

Не исключено, что она – та самая девушка.

Его девушка.

И, возможно, сегодня вечером она будет сидеть за своим столом, а Линкольн подойдет и поздоровается – многие мужчины часто так делают, приветствуя женщин-коллег.

«Проснись новым человеком», – твердо сказал себе Линкольн, ощущая, как в животе завязывается узел.

Но он не добрался до кабинки Бет.

Девушка, которая недавно побывала в комнате отдыха, сейчас сидела вотделе новостей, недалеко от сканера полицейских частот, и с кем-то общалась по телефону. Вероятно, она новый репортер отдела полицейской хроники, Меган или как-то там еще.

Линкольн читал статью ее авторства. Не Бет.

Все-таки не Бет.

Пару раз он позволил себе взглянуть на девушку, хоть она и не являлась предметом его интереса. Хорошенькая. Очень. И даже больше.

Линкольн представил, как она распускает пучок, волосы падают на плечи. А затем вновь вспомнил ее улыбку.