Читаем Вернись ко мне полностью

— Вероятно, вам следовало стать бардом.

— Я думал об этом, но… — Он сделал паузу. — Меня позвали на другую тропу. — Похлопав ладонью по земле рядом с собой, он добавил: — Так вот история об амазонках.

Рикка села.

— Амазонки — это племя женщин-воительниц, весьма отважных в бою. Большей частью они жили без мужчин, вступали в связь с ними только для того, чтобы иметь детей. Девочек они оставляли у себя, мальчишек отправляли отцам. О них рассказывают много интересных историй. Например, они воевали с могучим героем по имени Геракл, который получил задание от богов украсть пояс королевы амазонок.

— Ну и герой, — фыркнула Рикка, — украсть пояс у женщины.

— Но это лучше, чем голову, разве не так?

— Наверное.

Дракон продолжил рассказ:

— В какое-то другое время шла большая война в месте, которое называлось Троя. Амазонки были в союзе с людьми этого города. Они воевали с другим героем, которого звали Ахилл. Он убил в бою их королеву и только тогда понял, что любил ее.

— Ему следовало раньше об этом подумать.

— В самом деле, следовало бы. Еще одна королева амазонок, я думаю, это та самая, у которой украли пояс, кончила тем, что вышла замуж за другого героя после того, как он одолел ее в бою.

Рикка сорвала травинку и стала задумчиво жевать.

— Женщины, которые хотели жить отдельно от мужчин, должны были тратить много времени на борьбу с ними.

Дракон пожал плечами:

— Это всего лишь легенда. Вероятно, их вообще не было. Рикка бросила быстрый взгляд на рассказчика, уловила смешинку в его глазах и улыбнулась:

— Можно еще раз напомнить о Боадицее? Она вела своих людей, в том числе женщин, в бой на военных колесницах и сражалась бок о бок с ними. Она была не одна. Многие женщины на острове брались за оружие. Но чтобы целое племя женщин решило жить без мужчин? В это трудно поверить.

Он не взял с собой удочку, но захватил приманку и с удовольствием пустил ее в ход. Она начала говорить, увидела его поддразнивающую улыбку и засмеялась:

— Я думаю, мы могли бы захотеть, чтоб рядом было двое-трое мужчин. Но, разумеется, только хороших.

Дракон растянулся на траве, он казался совершенно расслабленным, но было видно, какая сила дремала в его теле. Рикка испытывала удивительные чувства, глядя на него. Она чувствует себя в безопасности и в возбуждении одновременно. Не приходится сомневаться, что если бы женщины решили кого-то пригласить, то пригласили бы именно его.

Дракон вдруг потянулся и отвел прядь волос со лба Рикки. При этом пальцы его на миг задержались, как бы лаская ее.

— Большой синяк.

— Я почти не ощущаю его. — Вероятно, если бы ее в это: момент даже ударили палкой по голове, она это едва заметила бы.

— Пусть даже так, ты должна быть осторожной.

— Это значит, что скакать галопом возбраняется?

Дракон подвинулся поближе, чтобы получше рассмотреть ее волосы. Рассеянно приподняв шелковистые прядки у пропустив их через пальцы, он заметил:

— Мы в лесу, и скакать галопом здесь нет возможности. Ее голос чуть дрогнул, когда она сказала:

— Возле скал местность открытая. Насколько далеко мы оттуда?

Дракон слегка потянул ее за локон и тут же отпустил.

— Не могу поверить, что ты хочешь вернуться туда.

— Вы думаете, что я снова упаду? — с иронией спросила она.

— Все возможно, когда едешь на таких монстрах. — Он жестом показал на лошадей, которые не столько щипали траву, сколько резвились, делая игривые выпады друг против друга.

Рикка в изумлении посмотрела на Дракона:

— Вы шутите. Они такие милые.

— Они лошади. Не вижу причин обольщаться на сей счет.

Повисла долгая пауза, которую в конце концов первой нарушила девушка.

— Вы не любите лошадей. — Она проговорила это с явным удивлением, как если бы столкнулась с неким странным, невероятным открытием. — Вы владелец двух самых замечательных животных, которых мне приходилось когда-либо видеть, — и вы их не любите?

— Почему я должен их любить? Разве не достаточно того, что я хорошо ухаживаю за ними?

Этого она не могла отрицать, и, тем не менее, удивление не проходило.

— Как можно не любить лошадей? Вы ездите верхом довольно хорошо. — Увидев, как его бровь поползла вверх, она поправилась: — Вы ездите очень хорошо. Как вы можете это делать, если не любите лошадей?

— Ведь могу же я разрубить человека на поле боя, хотя мне это вовсе не нравится.

— Да, разумеется, вам это не нравится, — тихо проговорила Рикка. Она никогда раньше об этом не задумывалась, не могла даже представить себе, что существуют воины, которые не любят войну. Членам ее семьи, похоже, война нравилась, поскольку они использовали любую возможность для разжигания конфликта, — по крайней мере тем из них, которые надеялись победить. Правда, в последнее время им на этом не слишком удавалось нажиться.

— Но почему лошади? — спросила Рикка. — У вас был связанный с ними печальный опыт?

— Да, — признался Дракон. Он рассеянно наблюдал за грациозными движениями ее тела, когда она поудобнее располагалась на траве. Просторная мальчишеская одежда скрывала многое, но не округлость стройных ног. Поистине у нее были замечательные ноги. На миг Дракон представил, как он лежит между ними.