Читаем Вернись и возьми полностью

Нужде ничего не нужно, кроме нужды.Всех спасут в конце, а сейчас пощады не жди.Только розга свистит, хочет школьнику дать совет.Только голод, как чей-то голос, тебя зовет.Этот голод овладевает тобой, как дух.Говорит: выбирай скорее одно из двух.Ты бы выбрал из двух, но на уме одно:самое дно, мой брат, то самое дно.Отвечай же: со дна видней Господни дела.Ты сидишь на холодном песке в чем мать родила.Мать растила любя, и Господь наставлял любя,чтобы все, что случится, зависело от тебя.

3. Африканец

Если поют «как устал наш хамелеон»,знай подпевай «уезжает за море он».Время привило вкус к заморской едеи связало язык непроизносимым «the».Раньше, будучи старшим, был на язык остер.Обучал поговоркам младших братьев-сестерв день, когда наш отец, разодетый, как командир,бормотал, уходя, чужое «my dear, my dear».И толпа провожающих высыпала во двор.Вдруг щелчок раздался: кто-то рванул затвор.Все пройдет, пройдет, только знай себе подпевай.Даже белый, и тот не выдержал: «My friend, why?..»

Из погребальных песен Ашанти

Шум великий у тишины.Это знают старейшины.Погремушки ли ей нужны?Эй, тряси, говорят, сильней —может, вытрясешь тишину.В пляс пущусь — стариной тряхну.Тишине моей долг верну,зная: будущее за ней.
Перейти на страницу:

Все книги серии Письма русского путешественника

Мозаика малых дел
Мозаика малых дел

Жанр путевых заметок – своего рода оптический тест. В описании разных людей одно и то же событие, место, город, страна нередко лишены общих примет. Угол зрения своей неповторимостью подобен отпечаткам пальцев или подвижной диафрагме глаза: позволяет безошибочно идентифицировать личность. «Мозаика малых дел» – дневник, который автор вел с 27 февраля по 23 апреля 2015 года, находясь в Париже, Петербурге, Москве. И увиденное им могло быть увидено только им – будь то памятник Иосифу Бродскому на бульваре Сен-Жермен, цветочный снегопад на Москворецком мосту или отличие московского таджика с метлой от питерского. Уже сорок пять лет, как автор пишет на языке – ином, нежели слышит в повседневной жизни: на улице, на работе, в семье. В этой книге языковая стихия, мир прямой речи, голосá, доносящиеся извне, вновь сливаются с внутренним голосом автора. Профессиональный скрипач, выпускник Ленинградской консерватории. Работал в симфонических оркестрах Ленинграда, Иерусалима, Ганновера. В эмиграции с 1973 года. Автор книг «Замкнутые миры доктора Прайса», «Фашизм и наоборот», «Суббота навсегда», «Прайс», «Чародеи со скрипками», «Арена ХХ» и др. Живет в Берлине.

Леонид Моисеевич Гиршович

Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное
Не имеющий известности
Не имеющий известности

«Памятник русскому уездному городу никто не поставит, а зря». Михаил Бару лукавит, ведь его книги – самый настоящий памятник в прозе маленьким русским городам. Остроумные, тонкие и обстоятельные очерки, составившие новую книгу писателя, посвящены трем городам псковщины – Опочке, Острову и Порхову. Многое в их истории определилось пограничным положением: эти уездные центры особенно остро переживали столкновение интересов России и других европейских держав, через них проходили торговые и дипломатические маршруты, с ними связаны и некоторые эпизоды биографии Пушкина. Но, как всегда, Бару обращает внимание читателя не столько на большие исторические сюжеты, сколько на то, как эти глобальные процессы преломляются в частной жизни людей, которым выпало жить в этих местах в определенный период истории. Михаил Бару – поэт, прозаик, переводчик, инженер-химик, автор книг «Непечатные пряники», «Скатерть английской королевы» и «Челобитные Овдокима Бурунова», вышедших в издательстве «Новое литературное обозрение».

Михаил Борисович Бару

Культурология / История / Путешествия и география

Похожие книги