Читаем Вернись, бэби! полностью

Он поразился ее виду, когда она возникла на пороге. Неужели плакала? Она прятала лицо за темными очками и длинной челкой, словно не хотела, чтобы ее узнали.

– Полагаю, ты явился мне посоветовать перестать делать из себя дуру? То же самое мне твердит моя мать. Все в порядке. Я все поняла. Я оставлю Джозефа в покое, пусть живет как жил, а я буду жить своей жизнью, как и прежде.

– Вообще-то, дорогая, я так совсем не думаю. У меня телефон раскалился от предложений вам обоим. Рекламное агентство «Пежо» хочет с тобой говорить о новой кампании. Продюсеры «Ночи» хотят тебя видеть, потому что Роксана Вуд – ты не поверишь! – беременна… – Он улыбнулся, ожидая ее восторженной реакции. – А еще вот это, самое поразительное. Утром позвонил директор кинофестиваля «Миллениум». Они хотят дать тебе специальный приз, и ты скажешь несколько слов на открытии. Стелла, ты просто нарасхват! Больше, чем когда бы то ни было!

Для Стеллы это все было пирровой победой. Вместо того чтобы радоваться, она продолжала слышать голос матери, повелевающей ей оставить Джо в покое, иначе им всем грозит катастрофа.

Господи, что же ей теперь делать?

Боб не зря восемнадцать лет проработал ее агентом. Он понял ее настроение раньше, чем она сама.

– Послушай, Стелла, Джозеф взрослый парень. Он теперь не тот малыш, от которого ты отказалась. Он сам в состоянии решать за себя.

Стелла поникла. Она слишком хорошо знала, что будет, если спросят самого Джо. Когда тебе в лицо заглядывает слава или самый слабый намек на нее, ты не отсылаешь ее подальше и не просишь подождать, пока созреешь. И Джозеф не будет исключением.

Джо давно ушел на работу, а Эдди с голой попкой ползал по квартире, когда раздался звонок и в домофоне прозвучал голос Клэр:

– Заскочила по дороге на работу. Хочу убедиться, что вы еще со мной разговариваете.

Пока Клэр поднималась, Молли второпях убирала следы праздничного завтрака. Клэр схватила последний круассан.

– Давай-ка я тебе кофе сделаю, – предложила Молли. – А каким это образом Пэкхам оказался тебе по дороге?

– Ладно, врать не стану. Я боялась, вам моя писанина не понравится. Вы ведь мне не чужие!

Молли почувствовала себя виноватой, что подозревала Клэр в утечке информации.

– Говоря по правде, Джо упивался. В лучах славы он отправился на работу, в объятия сослуживцев. – Молли вдруг обняла подругу, переполняемая радостью, что все улаживается. – Это чудо какое-то! Теперь, когда он знает, что мать его всегда любила, а не просто вышвырнула и тут же забыла, он наконец почувствовал себя совершенно в своей тарелке. Смешно, но он даже не сердится на Стеллу. Я бы наверняка злилась, а Джо – нет. Он испытывает трогательную благодарность.

Клэр прерывисто вздохнула:

– Хотелось бы верить, что она это заслужила. В ее рассказе были кое-какие детали, на которые я не купилась. Может быть, она слишком хорошая актриса, и мы просто не готовы поверить в ее искренность, а на самом деле она говорит правду…

Молли, которая вполне разделяла это ощущение, резко сменила тему. Ей не хотелось, чтобы Клэр продолжала этот разговор, хоть они и близкие подруги.

– Ладно. – Клэр встала. – Пойду назад, в мир трудящихся. Я рада, что никто из вас на меня не обиделся. – Она помолчала, раздумывая, стоит ли добавлять эту ложку дегтя. – Маленькое предостережение. Терпеть не могу отравлять кому-то радость, но если Стелла что-то утаивает, то это очень скоро всплывет. Не уверена, что наши конкуренты в «Дейли пресс» удовольствуются счастливым концом, особенно если прочли о нем в «Пост». Не исключено, что сезон охоты только открывается.

И словно в подтверждение, как только за Клэр закрылась дверь, зазвонил телефон.

– Добрый день, – сказал незнакомый голос. – Вас беспокоят из «Дейли пресс». Я могу поговорить с Джозефом Мередитом?

Молли бросила трубку и с удивлением обнаружила, что ее трясет. Радость куда-то испарилась, осталось только зловещее чувство, что хорошему всегда быстро приходит конец.

Между тем был только один человек, которому она могла доверять, кто не станет ее обманывать и у кого достанет мудрости, чтобы помочь им выбраться из разверзающихся перед ними зыбучих песков переживаний.

Со свойственной ей решительностью Молли подняла Эдди, прихватила панаму и подгузники и ринулась по лестнице, держа в одной руке малыша, а в другой – коляску. Она не стала даже смотреть расписание поездов на Брайтон – они ходили так часто, что долго ждать не придется. Эдди, как всегда, был зачарован видом станций за окном и воспринял поездку как дивное развлечение.

Меньше чем через два часа Молли села в маленький сельский автобус, который по извилистым проселкам доставил ее в Нижний Дичвелл. Эдди издавал восторженные звуки.

На остановке Молли усадила его в коляску, предвкушая приятную тень сада. Она трижды позвонила, но никто не открыл. В конце концов она обошла дом сзади и обнаружила все двери и окна на замке. Молли глубоко задышала, чтобы не дать себе разреветься. Удивительно, насколько важное место в ее жизни теперь занимала Би.

– Она уехала в Лондон, – раздался голос у нее за спиной.