– Эй, да это же Стелла Милтон! – громко зашептала Клэр, мгновенно приведя в боевую готовность свой журналистский инстинкт. – Бог мой, да она в жизни еще сексуальней, чем на экране! Мой босс Тони только что не кончает всякий раз, как показывают эту рекламу автомобиля, где она демонстрирует место для ног.

Существовали и более красивые актрисы, но со Стеллой Милтон никто не мог сравниться. Этакая шекспировская секс-бомба. Одно ее присутствие вызывало в воображении вид смятых белых простыней и жаркие ристалища любви.

– Как она делает эти скулы? – удивилась Молли и попыталась придать своему лицу такое же выражение. – Думаешь, все время втягивает щеки?

– Молли, прекрати. Ты сейчас похожа на чернослив, который дают от запора.

– На днях я видела ее по дневному каналу, – призналась Молли. – В передаче, где они болтают за обедом. И знаешь, она умеет навертывать спагетти на вилку и одновременно рассказывать смешные анекдоты!

– Полагаю, это не единственное, что она умеет. – Клэр нырнула в сумку, оставив Молли предаваться фантазиям о мутных водах полового возбуждения, на которые намекала подруга. Иногда она радовалась, что сидит дома.

– А может, – пробормотала Молли себе под нос, – она чертовски хорошая актриса, а кое-кто просто завидует.

– Как думаешь, хватит у меня наглости подойти к ней и взять интервью? – Клэр привстала. – Послушай, она наверняка делала пластическую операцию. В ее возрасте так не выглядят, если только ты не Тина Тернер или не продала свою душу дьяволу.

– Почему бы не попробовать?

Но было уже поздно. Стелла Милтон исчезла, и между Клэр и ее добычей выросла стена людей, один другого изысканнее.

Глава 3

В другом конце ресторана агент Стеллы Боб Крамер, с которым она собиралась здесь отобедать, с несколько недоуменным выражением лица ждал свою клиентку. За долгие годы Стелла выработала у себя привычку точно чувствовать производимый ею эффект. Она могла вальяжно проплывать по переполненному ресторану, упершись взглядом в спину метрдотелю с таким видом, будто это и есть единственный волнующий ее мужчина во всем свете. Это позволяло ей уклоняться от взглядов сидящих за столиками без видимого снобизма или высокомерия. Она действительно многое умела, как справедливо заметила Клэр, например, создать миф о своей сексуальной доступности, не произнося ни слова. Но даже ее всесильные чары не могли оставаться вечными. Правда как раз заключалась в том, что она уже приближалась к концу своей карьеры сирены, и Боб мечтал, чтобы она нашла в себе силы это признать.

Сейчас он задавал себе вопрос, зачем она пригласила его на этот ленч. Хотя, скорее, это был срочный вызов на королевскую аудиенцию. Она настояла на том, чтобы он отменил все свои дела. Боб был совсем не уверен, что на его клиентку еще есть спрос, которым можно было бы оправдать подобную требовательность. У Екатерины Великой в качестве оправдания ее замашек была вся Российская империя, у Стеллы в арсенале имелись лишь красота, чувственность и актерские способности. До сих пор этого хватало. Но могла ли женщина в возрасте хорошо за сорок по-прежнему требовать к себе такого отношения?

Размышления Боба были прерваны фотовспышкой, которая отразилась на его отполированной лысине. Снимали, разумеется, Стеллу.

– Итак, Стелла, любовь моя, чему я обязан этим сюрпризом и столь внезапным удовольствием общения с тобой?

Стелла одарила его ироничным изгибом полных губ. Боб был единственным мужчиной, которого она никогда не пыталась охмурить. Агент – фигура куда более ценная, нежели любовник, и одновременно полезная запасная карта. Вся жизнь Стеллы была полна таких карт, спрятанных в рукаве, и порой она даже жалела, что ей не приходится пускать их в ход.

– Есть одна роль, которую я хочу получить.

– Гм-м-м. Не сомневаюсь. И кто та ничего не подозревающая овечка, кому она пока предназначается?

– Думаю, что никому. В Нью-Йорке ее играет Сузи Мей.

– А-а, «Ночь желания». Но, Стелла, в этой пьесе героиня – блондинка.

– Могу стать и блондинкой.

– Дорогая, она должна быть моложе тридцати.

– И я могу быть моложе тридцати. Я видела, как они это делают в Италии. Официант, не принесете мне круглую резинку?

На лице официанта, как раз проходившего мимо их столика с подносом напитков, появилось такое выражение, словно он был готов отправиться на край света, только бы выполнить ее поручение. К счастью, касса оказалась намного ближе.

Посетители за соседними столиками изо всех сил старались не глазеть, как Стелла подхватила с обоих висков по пряди волос и стянула на затылке, произведя моментальную подтяжку лица.

– Итальянские актрисы все так делают, и ни одна не похожа на подогретый труп, как американки после их пластических операций.

– Беда в том, радость моя, что, по моим данным, состав уже расписан.

– Так сделай так, чтобы не был расписан! Скажи, я даже согласна на пробы. Скажи, меня не интересует гонорар.

– Стелла, погоди! – Боб впервые видел ее такой решительной. – Есть святые вещи. На эту роль большая конкуренция. Старомодные чары тут не пройдут, к тому же ими владеют и масса молодых актрис.