И мозг пускает в ход последнее средство — смена личности. Служебная мимикрия центральной нервной системы. На самом глубоком и истинном уровне.

Опознавательная система человека «свой-чужой» перестраивается и шлет отчаянный сигнал врагу и убийце: «свой! свой я!».

Я люблю тебя! Это значит — я полезен. Я нужен. Я не враг. Я твой сторонник. Ты можешь на меня рассчитывать. Я все для тебя сделаю. Ты мой любимый человек! Я пожертвую ради тебя жизнью добровольно!

И — что характерно!!! — готов пожертвовать!!! Потому что не притворяется — а правда любит. Шок производит подмену глубинного аспекта личности — человек словно сходит с ума. Он — перебежчик. Изменник. Но перебегает не телом — на сумрачном дне психической структуры, стронув калейдоскоп эмоциональных узоров как маршрут движения в жизни, перебегает его «Я». Личность и сознание перебегает, легко неся рюкзак чувств и мыслей! Определив остров спасения — бежит на него!

Ибо инстинкт жизни хочет прежде всего — сохранить жизнь, организм, существование, гены.

Личность — это продукт приспособления к среде и достижения жизненных целей. И вот ради этого же — личность быстро меняет свой аспект! Чтобы сохранить своего основного, главного, носителя — человека, физическое тело со всеми его возможностями, потенциями и перспективами.

Да. Личность выступает как продукт культурной эволюции — стать таким, чтобы выжить и победить.

Вот как человек может лгать — вплоть до полного изменения личности. Мгновенная и глубинная метаморфоза. Честный обыватель — мгновенно любит и разделяет взгляды террориста. И лжет себе — что его любит — и тут же правда любит.

Это верх лжи. Человек отрекается от правды — от себя самого — настолько, что перестает быть собой в смысле данного вопроса, важнейшего для него — он любит убийцу. Раз не может его победить иначе.

Не можешь стать победителем — так психически идентифицируй себя с ним. То есть — субъективно — стань им! Одним из них.

Не можешь убить убийцу — так стань напарником, тенью, alter ego убийцы.

Ибо здесь победа — это спасти себя. А значит — любой ценой. Не можешь убить — люби.

Как вам такое решение проблемы правды и бегства от нее? И построения другой правды из противоестественной, якобы, ошибки и лжи?

И это не временная реакция. Остаточная деформация, выражаясь языком сопромата, велика. Оставшуюся жизнь женщины любят своих захватчиков, ходят на свидания в тюрьму и выходят потом за них замуж. Более того: такая заложница может, восприняв взгляды террористов, уйти в террор сама. Были случаи. Отнюдь не все, нет. Чаще и захватчики звери, и жертвы нервы лечат. Но как типичная реакция — есть и такая. Особенно если захватчики сносно обращаются с заложниками, выступают как жертвы несправедливости и борцы за идею.

Ну, а на уровне психического механизма это — сильнейшая эмоция на грани плюса и минуса меняет знак и остается сильнейшей, но иначе оформленной, уже положительной. Убийственная эмоция превращается в спасительную.

Если нельзя спасти тело физическими действиями — надо спасти тело психическим действием. Пожертвовать личностью. Пусть погибнет личность — но спасется весь человек. Тем более если личность лишь трансформируется — ну, гибнет частично.

Человек первичен — личность вторична, служебна. Был бы человек — а личность ему жизнь новую соорудит.

Вот.

Религия как самообман

В основе религиозной веры лежит решительное нежелание смиряться с правдой.

Из опыта люди всегда знали, что все смертны. При том, что смерть труднопостижима, если начать задумываться о собственной.

Никто не хотел умирать. А иногда пуще того не хотел, чтобы умирал любимый и близкий. Родители и супруги, но прежде всего — дети.

Горе и боль вечной разлуки так сильны, что трудно смириться. Нет!!! Я не хочу!!!

А одновременно — все загадки Природы, которая и есть одна большая загадка. Почему восход и закат, дождь и ветер, изобилие и неурожай. Инстинкт познания, он же имманентная потребность в сборе информации, упирается в невозможность понять. А объяснить надо! То есть построить непротиворечивую картину Мироздания.

Так начинаются мифология и религия, еще единое представление о Большом Мире. Появляется представление о Высших Силах, и они персонифицируются. Возникает и передается в поколениях модель Горнего Мира. Она усложняется и детализируется.

И в ней конечно же находится место человеческим душам. И дело им находится, и жизнь их продолжается, и о живых они заботятся, а могут и наказать за скверный поступок!..

Там торжествует справедливость: сильные и храбрые живут хорошо, трусливые и подлые плохо. Там нет голода и болезней, горя и опасностей. Они есть только для плохих душ — как разновидности Ада.

И. Потребность в познании и объяснении мира — естественно совмещается с категорическим нежеланием признать исчезновение человека, признать смерть, уход в ничто, в черную пустоту, где ничего нет и никогда не будет.