Фитч с двумя консультантами находился в просмотровом зале, когда она позвонила снова. Конрад нервно постучал в дверь, хотя без особого разрешения Фитча запрещалось даже приближаться к залу.

– Это Марли. Четвертая линия, – прошептал Конрад, и Фитч на мгновение застыл от этой новости. Потом быстро прошел по коридору в свой кабинет.

– Засеки, – приказал он Конраду.

– Мы готовы.

– Не сомневаюсь, что это опять будет автомат.

Фитч нажал кнопку «4» на аппарате и, сняв трубку, сказал:

– Алло!

– Мистер Фитч? – произнес уже знакомый голос.

– Да.

– Вы знаете, почему они на вас так смотрели?

– Нет.

– Я скажу вам завтра.

– Скажите сейчас.

– Нет. Потому что вы засекаете звонок. И если вы будете продолжать засекать мои звонки, я перестану вам звонить.

– Хорошо, я распоряжусь прекратить.

– И вы думаете, что я вам поверю?

– Чего вы хотите?

– Позже, Фитч. – Она повесила трубку. Фитч снова прослушал разговор, ожидая, пока ему принесут информацию о том, откуда произведен звонок. Конрад подтвердил, что звонили опять из автомата, на сей раз расположенного в торговом центре «Готье», что в тридцати милях от них.

Фитч упал в массивное вращающееся кресло и с минуту глядел в стену.

– Сегодня ее в зале не было, – тихо произнес он вслух, дергая себя за бородку. – Откуда же она могла знать, что они на меня глазели?

– Кто глазел? – поинтересовался Конрад. В его обязанности не входило присутствие в суде. Он вообще никогда не покидал лавку. Фитч рассказал ему о странном эпизоде, случившемся утром.

– Так кто же ей сообщил? – спросил Конрад.

– В том-то и вопрос.

Вторая половина дня была посвящена никотину. С половины второго до трех, а потом с половины четвертого до окончания заседания в пять часов присяжные узнали о никотине больше, чем хотели: это яд, содержащийся в табачном дыме. В каждой сигарете от одного до трех миллиграммов никотина, и у курильщиков, которые вдыхают дым, вроде Джекоба Вуда, до девяноста процентов никотина остается в легких. Большую часть лекции доктор Бронски провел стоя, указывая на разные части тела, красочно изображенные в натуральную величину на плакате, прикрепленном к стенду. Он подробно объяснил, как никотин вызывает сужение кровеносных сосудов в конечностях, в результате чего происходит повышение давления, учащается пульс и затрудняется сердечная деятельность. Никотин также исподволь, сложным образом воздействует на кишечный тракт. Он может вызывать тошноту и рвоту, особенно у начинающих курильщиков. Секреция слюнных и желчных желез сначала стимулируется, а потом подавляется. Никотин действует как стимулятор и на центральную нервную систему. Бронски был методичен, но искренен, одна-единственная сигарета в его изображении превращалась в смертельную дозу яда.

Но худшим свойством никотина является его способность вызывать привыкание. Последний час – опять-таки хитро спланированный Рором – был потрачен на то, чтобы убедить присяжных в том, что к никотину очень легко привыкают – это известно науке уже четыре десятка лет.

Содержание никотина легко менять в процессе изготовления сигарет.

Если – Бронски подчеркнул слово «если» – уровень никотина в сигаретах повысить, курильщик, естественно, гораздо быстрее станет зависим. А чем больше курильщиков, попавших в такую зависимость, тем больше продается сигарет.

Это был прекрасный заключительный аккорд для завершения дня.

Глава 9

Во вторник утром Николас появился в комнате присяжных пораньше, когда Лу Дэлл варила первый кофейник декофеинизированного кофе и раскладывала по блюдам свежие рогалики и пончики. На столе сверкал новенький кофейный сервиз – результат деятельности Николаса: он объявил, что терпеть не может пить кофе из пластмассовых стаканчиков. К счастью, его поддержали в этом двое коллег. Список претензий без проволочек был утвержден судьей Харкином.

Как только Николас вошел в комнату, Лу Дэлл поспешила закончить свои дела. Он улыбнулся и любезно поприветствовал ее, но она не забыла их предыдущих стычек. Николас налил себе кофе и развернул газету.

Как и предполагал Николас, отставной полковник Фрэнк Эррера прибыл в самом начале девятого, почти за час до требуемого срока, с двумя газетами в руках, одной из которых была «Уолл-стрит джорнэл». Он хотел побыть в комнате один, но вымученно улыбнулся Николасу.

– Привет, полковник, – тепло приветствовал его Николас. – Вы сегодня рано.

– Так же, как и вы.

– Да, мне не спалось. Все снились никотин и черные легкие. – Газета Николаса была открыта на спортивной странице.

Эррера размешал сахар в чашке и сел за стол напротив Николаса.

– Во время службы в армии я курил десять лет, – сообщил он. Даже сидя за столом, он сохранял военную выправку: грудь колесом, подбородок кверху. – Но я осознал необходимость бросить.

– Есть люди, которым это не удается. Например, Джекоб Вуд.

Полковник презрительно фыркнул и раскрыл газету. Для него расставание с вредной привычкой было всего лишь вопросом силы воли. Если голова решила, тело подчинится.

Перевернув страницу, Николас спросил:

– А зачем, собственно, бросать?