Читаем Вербариум полностью

И тут у меня дико заболела голова. Затылок. Я оторвал затёкшее лицо от чего-то мягкого (ковролин?), попытался сесть. Нет, больно. Ковролин с незнакомым рисунком. Белый режущий свет. Пульсирующая боль. Затёкшие руки, неудобно скрещённые под грудью.

Где я вообще?

Что за…

Я наконец сел и огляделся.

Однако. Первый раз вижу эту комнату.

Как тут тихо.

Четыре серенькие стены, серенький ковролин, белый потолок с двумя рядами встроенных галогеновых светильничков. Никакого окна. Металлическая, выкрашенная в тот же сероватый колер, дверь с узенькой щёлкой допотопного гаражного замка. Встроенный в стену монитор, небрежно валяющаяся в углу оптическая клавиатура. В дальнем от меня углу – диспенсер с полным бочонком воды.

Никаких звуков снаружи. Ч-ч-чёрт.

Чтобы присоединиться к кому-нибудь, мне не нужно к нему прикасаться. Достаточно видеть. Или хорошо слышать.

Но как я сюда попал?

Пощупал затылок. Шишка с пол-кулака, и кожа ссажена. На пальцах осталась кровь. Ах ты ж, чтоб тебя. Меня, мать их, похитили!

Сначала я колебался. Я вообще доминатор или попи́сать вышел, звать на помощь? Вот уж нет. Не собираюсь давать этим гадам никаких шансов. Возьмём их в клещи.

– АНДРЕЙ!!!

Скорость, с которой коммуникатор хапнул из меня ситуацию и вгрузил в мою голову кучу информации, заставила меня прилечь обратно на ковролин. Немножко полежал, качая головой направо-налево. Трое. Трое, считая меня. Анита пришла в себя в очень похожем помещении, и оно, по её словам, находится в каком-то безлюдье. Дина молчит. Голова раскалывается. Динка – коммуникатор, гораздо слабее Андрея, но едва она придёт в себя, она не только свяжется с нами, она легко дотянется до любого, хоть телепата, хоть нетелепата, в радиусе до километра – и легко определит, где она.

Тех, кто брал Аниту и меня, уже нашли и просмотрели, кто брал Динку, пока неясно. Эти гаврики всё ещё пьяны, и даже толком не поняли, что произошло, – надавать случайному прохожему по кумполу для них не что-то исключительное. Всё, что их могло удивить, – это засовывание тел в незнакомую машину. Одному запомнилась ручка. Другому – протекторы. Андрей уже хакнул, с разрешения хозяев, память двоих знакомых торговцев машинами. Это старенькая рухлядь «Инфинити», лет двадцать как снятая с производства. Андрей не хочет привлекать к поискам власти – очевидно, что с той стороны кто-то из наших. И желательно прекратить эту самодеятельность внутренним кругом. Всё, что я узнаю нового, нужно срочно сбрасывать ему.

А голос-то стеклянный. Интересно, когда он спал последний раз вообще?

Я сел и тщательно огляделся. Вот он, глазок камеры под потолком. Монитор напротив меня аккуратно вделан в стену, клавиатура… Мышки нет. То есть, скорее всего, со мной собираются говорить, но исключительно онлайн. Умно. По телефону я бы их взял.

Их. Кого – их? Хапнуть трёх телепатов разом… Кто-то хорошо подготовился. Стоп. А скажите мне на милость, а как вообще можно было взять Аниту? Наблюдатель и захочет не увидеть намерения, а увидит. Они потому и отдыхают исключительно за городом, что не могут не слышать. Как её можно было?

Я попытался перевернуться на спину, зашипел от боли в макушке и лёг на бок лицом к стене, пятой точкой к камере – смотри, дорогой. А как меня обманули? Ну, идёт пьяная братия… На меня ноль внимания… Я ж центрального просканировал по привычке легонечко – ну, как в затонированную машину заглянуть, коммуникатору или наблюдателю всё насквозь видно, а мне надо внутрь сесть, чтобы разобраться, но всё равно ж там на меня даже не смотрели… И вдруг – хрясь. Или у меня кусок из памяти выпал? В груде присланных Андреем воспоминаний что-то заёрзало. Ага, вот он смотрит больничную камеру на стоянке. Вот охранник ему тыкает в экран пальцем, типа Димчев пошёл, да. Ну и походочка у меня… как у пьяного. Вот топчусь на краю тротуара, вот не иду к машине, а тащусь к перекрёстку, ребята тянутся за мной… вот, да, меня окружают со спины, лёгкая толкучка, двое держат под руки, ноги у меня волокутся, вся компания сворачивает за угол. Они. Но ведь не было враждебности-то!

Стоп. Андрей говорит, ребят самих брали. Значит… Значит, они действительно никакой враждебности и не испытывали. Толку телепатить молоток. Чудненько. Опытный доминатор, стало быть, пацанов-то пятеро. Анита в таком раскладе тоже ничего и не могла учуять, разве что самого доминатора, но он-то мог взять парней, а сам отскочить на пару кварталов. Что, скорее всего, и проделал.

Стоп. А зачем было со мной огород городить? Сел в машину, тебе меня видно, мне тебя нет, я ничего не заподозрю… Нет же, по голове отоварил. Я гадко улыбнулся в стену. СЛАБЫЙ опытный доминатор. Или не очень уверенный в себе.