Читаем Вербариум полностью

Марго подняла шарфовый хвост и обернула вокруг шеи. Ленка подтвердит, что я у неё, если моя мама спросит, – я же её прикрывала, когда она осталась у своего Вадима и чуть не спалилась… Гарантий никаких. Но повестка-то ведь снова придёт…

– Буду дело иметь. А вас как по реалу зовут?

– Пока пускай будет Соло, – невозмутимо ответил «чёрный доктор», поднимаясь и застёгивая френч. Картинка на майке почти погасла, последние рыжие пятна таяли в черноте, как сахар в кофе.

Проехав несколько станций, они вышли в подземный переход. Не поднимаясь наверх, прошли сквозь модный магазин. Марго сюда никогда не заходила, чтобы попусту не расстраиваться – цены не для них с мамой, да и охранники злые, могут сразу выгнать. Остановилась бы поглазеть на соблазнительные плакаты в витринах «Распродажа летней коллекции!!!» и «Скидка 90%!!!», но Соло ровной деловой поступью шествовал мимо, пока они не оказались около неприметной лесенки наверх. За стеклянной дверью маячил уличный свет. Соло мазнул пальцем по индикатору, усатый охранник кивнул ему, а с ним пропустил и Марго.

Они оказались во внутреннем дворике. Четыре старинных дома срослись углами, оберегая кусок пространства, как будто перенесённый в помпезный центр из тихого спального района, где нет дресс-кода, фейс-контроля и коллекционных распродаж, дворники ленятся убирать листья, женщины выходят с ненакрашенными глазами, а в аптечных киосках можно купить этиловый спирт «для наружного употребления», зато хорошей «марки» или чашечки кофе стоимостью в целый обед днём с огнём не найдёшь…

Липы и красные клёны стоят хороводом вокруг облезлой детской площадки. На воротах в подземный гараж изображено марсианское море, оно бурлит и дымится изо всех сил, а в пурпурном небе среди спутников и глайдеров чернеет неизбежное «Мишка лох». Печальные рыжие фонари млеют в вечернем свете, самодельная скамейка, крытая клеёнкой, на ней и вокруг неё сидят и лежат кошки. За аркой мигают рекламы, мелькают машины, но что это за улица, Марго не сообразила.

Десятый подъезд, четвёртый этаж (спохватилась и стала замечать дорогу). Соло давит круглую кнопку, вызванивая затейливый ритм. Лязгают старомодные замки.

– Привёл?

– Вот, прошу любить.

– Добрый вечер.

– Добрый.

Если Соло можно было принять за адвоката, то женщина, открывшая дверь, на супругу адвоката была не похожа совсем. Худое бледное лицо, русая чёлка до середины лба – ровная, как по линейке отрезанная; мужская клетчатая рубаха с закатанными рукавами, ноги в чёрных спортивных колготках с рекламными лейблами. Холодно улыбнулась, прищурилась, отсканировала Марго глазами, будто школьный гинеколог, – сто срезов в минуту…

– Это Бэль, её зовут Марго, – сказал Соло.

– Лара. Ужинать будете?

– Чуть позже. Сначала посмотримся.

Марго стащила с ног бегунки. Вешалка была высоко, с множеством маленьких крючков, шарф удалось повесить с третьей попытки. Лара неподвижно стояла под аркой, ведущей из коридора в кухню. Увидев, что шарф побеждён, стукнула по двери слева: «Руки помыть и нос попудрить – вот здесь, потом проходи туда».

Точно, как у частного врача. Только секретарша грубоватая.

«Туда» оказалось большой странной комнатой. Высокий потолок с белыми лепными гирляндами – какие-то листья, туго перевитые лентой. Диковинная люстра, сделанная, кажется, из настоящих золотисто-коричневых кружев. Круглый чёрный стол посредине. Чудное окно выступает наружу углами, как старинный фонарь, – эркер, вспомнилось слово. На подоконнике огромный, чуть не до потолка, фикус и жёлтые яблоки выложены в ряд. Картина: две собаки ждут кого-то у крыльца. Противоположная стена превращена в стеллаж, занятый наполовину бумажными книгами, наполовину дисками и накопителями, рядом лесенка на роликах. Соло нигде нет.

Вытертый паркет под пятками казался тёплым. Марго подошла к столу, неловко отодвинула тяжёлый стул – и ойкнула. Что-то красное живо метнулось от блестящей поверхности в глубину. Далеко, однако, не ушло, зависло, растопырив лучи. Шестилучевая морская звезда пушистилась нежными алыми иголочками, а в центре у неё был любопытный птичий глаз. Марго осторожно положила палец на стол, надавила – пластик чуть-чуть подался. Палец начертил кружок. Звезда снова поднялась, однако совсем близко не подошла: накренившись, наблюдала искоса. Палец дёрнулся в её сторону – звезда шарахнулась, но тоже словно бы не всерьёз, не испугалась на самом деле…

– Маська пришла? – спросил Соло. Подошёл, встал рядом, положил на стол ладонь с растопыренными пальцами. Маська так и бросилась к нему, подсунула лучи под пальцы, радостно зашевелилась, будто старалась пощекотать. – Привет-привет, бандитка. Кто троих новеньких за неделю слопал? Маська слопала, умница. А кто у нас биоразнообразие будет создавать, Чарльз Дарвин? Иди, проглотка! – Соло шлёпнул ладонью, Маська улепетнула уже по-настоящему.