Читаем Вера и Мера полностью

Нынешний Патриарх Московский и всея Руси предпочитает выступать перед раввинами Нью-Йорка. — Что ж, надо вразумлять и раввинов Нью-Йорка, да вот беда: нечем [78]. Выступать же перед своим народом — более значимо, чем перед нью-йоркскими раввинами, тем более в обстоятельствах, когда светская наука, одуревшая за 300 лет на материалистическом пути развития, оказалась неспособной выдать в общество ни одной плодоносной социологической доктрины.

Патриарху, как и всем прочим иерархам и православным массовикам-затейникам из общества, следует понимать, что выступления с рождественскими и пасхальными поздравлениями к народу, не могут заменить собой общественно-экономической доктрины, на основании которой народ и его государство могли бы решить накопившиеся проблемы и пребывать в ладу с Божьим промыслом. Эта задача решения проблем возлагается Церковью на сам Божий промысел, но не на деятелей Церкви и не на православную общественность, которые после 19 августа 1991 г. не дали обществу ничего, кроме цитат и собственных измышлений на основе цитат, ни коим образом не связанных с решением реальных проблем общества в целом и каждого из людей, в частности.

Иными словами, повторяется то же самое, но уже в масштабах всего православного общества, что имело место в биографии Н.А.Мотовилова, которому были даны в Духе Святом через Серафима Саровского ясные и однозначно понимаемые указания, исполнением которых Н.А.Мотовилов однако пренебрёг, уповая на автоматизм таинств, к которым он регулярно приобщается.

Православные! Жизненные таинства, как всегда, свершатся и в истории Отчизны, и Промысел восторжествует вопреки деятельности его умышленных противников и бездеятельности его православных созерцателей [79], которым одинаково предстоит вкушать плоды своего безверия Богу. Но уже сейчас можно понять, в каком направлении работает Промысел и Его жизненные таинства.

Патриарх Московский по вопросам общественного устройства жизни молчит или “благословляет всех без разбору направо и налево”:

«Многократно с церковной кафедры обращались мы к верующим со словом пастырского назидания о прекращении распрей и раздоров… Установление той или иной формы правления — дело не церкви, а самого народа [80]. Церковь не связывает себя ни с каким определенным образом правления, ибо таковое имеет лишь относительное историческое значение [81]» (“Время борьбы за Православие”, “Эксперт”, № 7, 1999).

Однако тем временем под покровом неопределенного отношения предстоятеля к вопросам жизнеустройства иерархи помельче и православные активисты массовики-затейники, излагают каждый свое мнение о том, к чему следует стремиться и как жить дальше. То, что они излагают в прессе из относящегося к общественно-экономическим доктринам, отличается по авторитетности и многословию (максимум и того и другого — писания митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, ныне покойного), но содержательно остается неизменным:

«Для православного христианина идеалом государственного устройства является самодержавная монархия, потому что она есть образ Царствия Небесного», — заявляет игумен Алексий (цитировано по упоминавшейся статье “Монах и воин”, газета “Завтра”, № 2, 1999).

Но это — мнение частное, а не официальное мнение иерархии. Насколько это мнение, высказываемое множеством иерархов, согласуется с мнением предстоятеля о том, что народ, а не церковь должны решать вопрос государственного устройства, думайте сами. Конечно, иерархи, будучи выходцами из народа, имеют право высказывать каждый свое личное мнение. Но дело состоит в том, что мнения иерархов Церкви, в которых высказываются иные идеалы государственного устройства, на страницы общедоступной прессы просто не попадают (ранее цитированная статья в “Дуэли” о небесных корнях коммунизма — единственное исключение).

Игумен Алексий и прочие, высказывающие монархические идеалы государственного устройства, а равно и патриарх, не высказывающий никаких определённых мнений по этому вопросу, одинаковы в том, что не упоминают Царствия Земного. Однако, как можно понять из Корана, Царствие Божие это не только Царствие Небесное, но и царствие Земное. Бог не совершал такой мерзости, как передача власти в Царствии Земном тому, кого традиция христианских церквей именует “князем мира сего”. Это утверждение о власти на Земле “князя мира сего” в кораническом мировоззрении богохульно. Каждому для того, чтобы состояться в качестве человека, предназначено быть наместником Бога на Земле, поэтому “князь мира сего” может княжить только в случае, если люди не состоялись как люди и сами, извратив миссию наместничества Божиего на Земле, передают дарованную Богом власть (каждому из них свою), призванному ими же на царство “князю” мира сего, отрицая тем самым власть Бога в Царствии Земном в течение ограниченного срока попущения им.