Читаем Венец судьбы полностью

Полагая, что обычные женщины стоят ступенью ниже мужчин своего рода, Колгрим тем не менее знал, что есть редкие женщины, которые могут стоять с ними наравне или близко к тому. Его мать была одной из таких женщин. Его юная сестренка, о существовании которой он только что узнал, судя по всему, была еще одной такой женщиной. Он говорил с ней вполне серьезно, и ему пришлось признаться самому себе, что ему действительно не хватает той, второй женщины, с которой он мог говорить на равных. — А значит, ты должна понимать, почему это так важно, чтобы Ниура была в моих руках. Скоро наступит сезон размножения, а она моя единственная, избранная, так же как наша мать была когда-то избранной для нашего отца.

— Если у вас может быть только один сын и матерью его должна стать избранная невеста, почему бы вам просто не дождаться того момента, когда вы отыщете ее? — спросила Марцина. — Кроме того, кто выбирает для вас невесту?

— Самый сильный сын будет зачат именно в сезон размножения, — объяснил ей Колгрим. Затем он добавил: — Пойдем, я покажу тебе Книгу Правления. Она направляет меня во всех моих значимых действиях, — рассказывал он, одновременно указывая ей жестом в ту сторону комнаты, где на стойке располагалась книга.

Открыв ее, он увидел, что на странице появились новые слова.

«Есть фея, что одной с тобой крови. Она может помочь тебе во всем, что бы ни начал ты. А может уничтожить. Но ты не должен причинять ей зла, какую бы сторону ни приняла она. Сделай ее своим союзником, и победа будет твоей».

— Я полагаю, ты не можешь прочесть того, что здесь написано. Лишь немногие из нас понимают этот древний язык Сумерек.

— Так что здесь написано? — бесхитростно спросила Марцина, однако, к ее собственному удивлению, слова, начертанные на пергаментной странице, показались ей вполне понятными. Тем не менее она знала, что мудрее с ее стороны будет оставить это знание при себе.

— Книга велит мне быть с тобой добрым и гостеприимным, пока ты здесь, моя сестренка, — сказал он ей, солгав настолько мило, что, если бы она не знала правды, легко поверила бы ему.

Он одарил ее теплой улыбкой.

— Ах, я полагала, что это будет нечто более судьбоносное, — ответила Марцина с нескрываемым разочарованием.

Он рассмеялся.

— В Книге Правления не всегда написаны одни лишь предзнаменования, — заметил он. — Лишь иногда. — И, меняя тему разговора, спросил: — Тебе нравится мой тронный зал?

— Здесь красиво. Мне нравится сочетание этих цветов: черный, серый и серебряный.

— Вот видишь, сестренка, — сказал он, — ты не будешь несчастна здесь.

— Вы не сможете удержать меня здесь, милорд, — сказала Марцина.

— О нет, я могу, — возразил Колгрим. — Я наложил заклятие на твои магические силы. Ты не сможешь уйти отсюда, пока я не позволю тебе этого.

— Хочу домой вернуться я тотчас и позабыть тот плен, где я сейчас, — произнесла Марцина. Но ничего не произошло. Она осталась там же, где была. Девушка побледнела. До этого момента только отдельные люди могли препятствовать ее магии. Ее бабушка. Ее мама. Принц Калиг. И вот уже многие годы они не вставали на ее пути.

— Моя мать накажет вас за это. — Марцина старалась, чтобы ее голос звучал уверенно и сурово. — Вы переходите границы дозволенного, милорд.

— Ты храбрая, — с восхищением сказал он. — Я намерен удерживать тебя лишь до того момента, когда наша мать отпустит ко мне леди Ниуру, мою невесту. Конечно, какое-то время она будет бороться и противостоять мне. Но за это время мы сможем поближе познакомиться, милая сестренка.

— У меня нет ни малейшего желания знакомиться ближе, милорд.

Колгрим рассмеялся.

— Ах ты, маленькая лгунья, — ответил он. — Ты хотела знать обо мне все, и именно поэтому наблюдала за мной в отражающей чаше. Я чувствовал на себе твой взгляд и потому смог обнаружить тебя так быстро.

— Но вы ведь даже не знали о моем существовании, пока гном не рассказал вам, — сказала Марцина. — Кто он, этот гном? Он очень стар.

— Да, он стар. Он служил канцлером еще при нескольких Повелителях Сумерек до меня. Его зовут Альфриг. Думаю, если бы мог, он предпочел бы заботиться о своих садах, выращивая грибы и паслены на закате своих лет, но я так и не нашел ему достойной смены, — стал рассказывать Колгрим. — Никогда прежде он не имел от меня секретов, но и в этот раз я прощаю его, так как он хранил эту тайну до того момента, когда она оказалась для меня действительно полезной.

— Верните меня в мои покои! — приказала Марцина. — Выкрав меня, вы противопоставляете себя тому, кто был бы рад уничтожить вас.

— Нет, — сказал Колгрим. — Сначала мне должны вернуть мою невесту.

Марцина вздохнула.

— Значит, я пробуду здесь еще очень долго. Где я буду спать? Вы забрали меня прямо перед ужином, я ужасно хочу есть. Вы планируете морить меня голодом?

— Станет ли наша матушка жертвовать тобой понапрасну, сестренка? — спросил он ее. — Я хотел сказать, ради того, чтобы Ниура не вышла замуж и не разделила со мной супружеского ложа. Но ее путь был предсказан многие века назад.