Читаем Венец судьбы полностью

Лара и Калиг поднялись по винтовой лестнице до другой двери, размером поменьше. Открыв ее, они вошли в чудесную уютную круглую комнату. Здесь был камин, в котором горела ароматическая древесина, а за окном сияли два близнеца, две луны Бельмаира — серебряная и золотая. Они проливали свет на сады и деревню. В комнате была еще одна дверь, открыв которую они обнаружили очередную лестницу, но короче той, что привела их сюда.

Поднявшись по ней, они оказались в прелестной спальне на самой вершине башни. Здесь тоже был камин, в котором горело такое же благовонное дерево, что и в гостиной, а сквозь сводчатые окна теплый лунный свет заполнял комнату. Еще одна дверь вела на маленький балкон, а перед камином стоял большой круглый камень. Калиг тщательно осмотрел его и обнаружил маленькую кнопку. Он нажал на нее, и камень сдвинулся, а вместо него появилась круглая каменная ванна, заполненная водой. Пар, поднимавшийся от воды, говорил о том, что она теплая.

— Гениально! — сказал Калиг и незамедлительно начал снимать с себя одежду.

Раздевшись, он спустился по ступенькам в каменный сосуд. Как только он удобно устроился в воде, на краю ванны появился небольшой поднос с мылом, маслами и лосьонами.

— Твой брат очень заботливый хозяин, — заметил Калиг, с довольной широкой улыбкой на лице.

Лара не стала ждать приглашения и даже утруждать себя, снимая одежду, она просто волшебством избавилась от нее, таким же образом отправила Андрасте в комнату ниже, на подставку над камином и присоединилась к Калигу в ванне.

— Температура воды просто идеальна, — отметила она, устроившись напротив принца. — Это именно то, что нужно после такой неприятной стычки с Колгримом. Немало времени прошло с тех пор, как я в последний раз доставала Андрасте из ножен с целью сразиться. — Через некоторое время она сказала: — Иди ко мне, милорд, я очищу тебя от всей грязи Хетара.

— А потом то же я сделаю с тобой, любовь моя, — сказал Калиг.

Лара взяла губку и налила на нее жидкого мыла. Она тщательно и с удовольствием мыла все тело принца-тени, его густые темные волосы. А когда закончила, он повторил ту же процедуру с ней. Потом притянул ее спиной к себе, накрыл ладонями ее груди и стал ласкать, с наслаждением сжимая их. Он убрал ее мокрые волосы и нежно поцеловал в шею, потом спустился к плечу. Лара вздохнула, и в голосе ее послышалось блаженство.

— Впервые за многие месяцы, — прошептал он ей на ухо, — мы можем думать только друг о друге и об удовольствиях, которых жаждут наши тела.

Он поцеловал ее ушко и нежно укусил за мочку.

— Я не хочу больше ждать, — сказала Лара, повернувшись в его объятиях, и поцеловала его в губы.

— Я тоже, — отозвался он.

Калиг проскользнул ладонями под ее ягодицы и приподнял Лару так, чтобы легко войти в нее, заполняя своим членом.

Лара обхватила ногами его торс, скрестив за его спиной лодыжки, чтобы сильнее прижаться к нему.

— Какое наслаждение чувствовать тебя внутри, — тихо сказала она. — Как ловко придумал Диллон эту ванну, из нее невозможно выйти, просто искупавшись. Он наверняка знал это, милорд.

Она обняла его за шею и прижалась пышными округлыми формами к его широкой груди. Калиг улыбнулся, глядя ей в глаза.

— Он определенно сын своего отца, — прошептал он, касаясь дыханием ее рта.

Они целовались, их языки сплетались в чувственном танце. Он прижал ее спиной к каменному бортику ванны и начал неистово входить в нее. В то же мгновение ванна вдруг опустела и вновь наполнилась чуть теплой водой, источавшей необыкновенный аромат, который пробудил в них пылкое желание. Благоухание распространилось по всей комнате. Они мгновенно достигли наивысшего наслаждения, ощутив внезапную слабость, но не достигнув насыщения.

Они вместе вышли из ванны, и круглый камень вернулся на свое место, скрыв каменный сосуд, а перед камином появилась стойка с теплыми полотенцами. Они вытерли друг друга, ощущая, как возбуждение разгорается в них все сильнее. Они вместе упали на постель. Калиг устроился между ее мягких светлых бедер, приоткрывая ее нижние губы, стал искать языком ее драгоценный чувственный бутон. Приблизившись к нему, он начал ласкать и дразнить его кончиком языка и пить ее соки, что изливались теперь для него и только для него.

Лара закричала от головокружительного наслаждения, которое он доставлял ей.

— О, Калиг, принц-тень, ты моя любовь, моя жизнь!

Ее пальцы впились в его влажные волосы. Он лег на нее, сдерживая тяжесть своего тела, и принялся целовать так страстно и глубоко, что она чувствовала, как впивается в нее его язык. Одной рукой он гладил ее лицо, другой ласкал грудь, он склонился к ней и взял губами сосок, втянул его ртом, и Лара снова вскрикнула. Он покусывал ее нежную плоть так, что кожа уже горела. Фея повернула его на спину и, оказавшись на нем, жадно сжала в ладонях его огромный корень.

«Ты моя ведьма… — про себя проговорил он. — Ненасытна, как всегда».

«Войди в меня, о милорд, люби меня, наслаждайся мной. У нас впереди целая ночь!»