Удостоверение Космического Совета позволило Спарте без лишних церемоний выйти на переполненную, накрытую грандиозной чугунно-стеклянной крышей 19-го века, платформу, как если бы она выходила из вагона метро. Над высокой железной аркой, выходящей на оживленную улицу, был установлен большой плоский экран, на котором беззвучно крутились репортажи и видеореклама.

Спарта уже почти покинула гулкую станцию, когда ее внимание привлекла бегущая по экрану строка: «Драгоценный папирус Лувра все еще не найден, полиция озадачена. Начинается вторая неделя охоты за таинственным парнем». Новостные ленты сопровождались сценами преступления, включая электронную реконструкцию внешности парня предположительно основанную на описаниях свидетелей. По этой фотографии никто и никогда не нашел бы Редфилда. Было ясно, что в Лувре его уже нет. И где он сейчас? То, что он так эффектно привлек к себе внимание, можно было объяснить как призыв о помощи. Призыв к кому? К ней? К полиции? И что он там делал?

— Откровенно говоря, мадемуазель,…

— Я инспектор, лейтенант.

— Ах, да, инспектор… Трой, директор признался, что они не скоро бы узнали о пропаже этого «драгоценного папируса», если бы досадный инцидент с охранником не вынудил сотрудников музея провести тщательный обыск и инвентаризацию отдела, где работал этот Гай.

Полицейский зацепил указательным пальцем высокий жесткий воротник мундира. Они сидели в тесном кабинете лейтенанта в полицейском управлении на Иль-де-ла-Сите. Через грязное окно за головой лейтенанта Спарта могла видеть покрытые листвой каштаны и мансардные крыши квартир на правом берегу Сены.

— Как был атакован охранник?

— Очень меткий выстрел в шею — дротик с небольшой дозой транквилизатора. Месье Гай прекрасно умеет обращаться с оружием и убивать он явно не хотел. Чего мы не знаем, так это зачем он это сделал. Вы можете нам помочь, инспектор?

— Я могу только сказать, что «Гай» — это агент, занимающийся исследованиями группы, известной как «пророки свободного духа», по крайней мере, так они назывались несколько столетий назад. Мы не знаем, как они теперь себя называют. Мы ничего не слышали от Гая больше четырех месяцев.

— Но, как объяснить ваше появление? — сухо заметил лейтенант.

— Я получила зашифрованное сообщение с просьбой о встрече… Гай… Лувр…

Бодрый седовласый француз посмотрел на нее с профессиональным подозрением:

— Вы говорите, он занимался исследованиями? Какова была природа этого исследования? Кто эти так называемые свободные духи?

— Я глубоко сожалею, что как представитель Комитета Космического Контроля не могу сказать больше, — холодно заметила Спарта. — Я пришла к вам, потому что наш человек явно намеревался привлечь к себе внимание. Иначе охраннику не дали бы возможности узнать его. И потому, что я надеялась, что вы сможете дать нам ключ к пониманию важности этого папируса.

— Что касается последнего, меня уверили, что он большой ценности не представляет.

— Вы не возражаете против того, чтобы я лично посетила Лувр?

Раздался звонок. Лейтенант, поколебавшись, взял трубку:

— Что, кто это? Похоже, вас избавляют от лишних хлопот. — Он протянул трубку ей.

— Трой у аппарата.

— Трой, — услышала она скрипучий голос.

— Командор, удивленно произнесла она. — Как же так…?

— Не переживай, этот звонок идет из Парижа, из информационной будки на набережной Орсе.

— Опять не из офиса, — сухо сказала она. — У меня есть важная информация о Блейке и…

— С этим придется подождать, Трой. Извини, что прерываю твои забавы и игры, я только что получил сообщение из Центра. Что-то случилось.

— Да? Где?

— На Луне.

Часть четвертая

Мальстрем

1

Он был первым человеком, которому довелось с точностью до секунды знать момент своей смерти, а также какой она будет, — с горечью подумал Клифф Лейлэнд. Бесчисленное количество преступников, приговоренных к смертной казни, ждали своего последнего рассвета. Однако до последнего смертного часа они все-таки могли надеяться на помилование. От людей можно было ждать милосердия, однако ничто не могло изменить неколебимых законов природы.

А ведь всего шесть часов назад он, весело насвистывая, упаковывал десять килограммов своего багажа, готовясь в далекий путь и искренне надеясь, что никогда сюда не вернется. Благословенный сюрприз! На Луне он больше не нужен и должен как можно скорее вернуться на Землю в проект «Сахара», там его ждут.

Даже сейчас, после всего происшедшего, он все еще помнил о том, как мечтал обнять Майру, отправиться с Брайаном и Сью в путешествие по Нилу, которое он обещал им уже давно. Через несколько минут, когда Земля поднимется из-за горизонта, ему, возможно, удастся снова увидеть Нил, но лица жены и детей он сможет увидеть только в своем воображении. И все потому, что он захотел сэкономить девятьсот пятьдесят долларов, отправившись домой в шаттле, разгоняемом электромагнитной катапультой, вместо того чтобы вернуться на пассажирской ракете.