Читаем Венера Челлини полностью

– Ладно. Тогда слушайте. Я представляю себе всю эту историю так. Олег Рязанцев рос без отца, практически ничего о нем не зная. Его воспитали две женщины – мать и тетка. Думаю, он с детства затаил обиду, что его жизнь складывается таким образом. Возможно, он имел какие-то сведения об Алфееве, разузнавая окольными путями, как и что происходит у полковника. Потом… отец умирает – и перед смертью рассказывает сыну все. Алфеев мог это сделать по двум причинам – облегчить душу и предупредить Олега, что шантажист может теперь взяться за него. Знал ли полковник о дневниках Матвеева? Может, и нет. Но он знал о пропуске и фотографиях, которые точно у Дениса были.

– После смерти отца Олег приехал сам не свой, – сказала Ева. – Он не хотел никого видеть, ни с кем разговаривать. Я думала, это он от горя стал таким. Отец и тетка были единственными близкими ему людьми… Оказывается, причина не в этом.

– Скажем, не совсем в этом, – возразил Славка. Ему не хотелось подчеркивать неприятные черты характера Олега перед его женой.

Смирнов всегда играл честно и не собирался изменять своим правилам.

– А… что было потом, когда Рязанцев узнал все? Что он, по-вашему, предпринял? – спросила Ева.

– Могу предположить, что Олег, используя все имеющиеся возможности, в том числе и свое служебное положение, начал усиленно наводить справки, разыскивая шантажиста. У него не висело на совести страшное убийство, которое ослепляло бы его жуткими подробностями, и он мыслил непредвзято. К тому же и профессиональная подготовка способствовала этому. Сначала Рязанцев выяснил, где все это произошло, а потом… вышел на Матвеева. Занимаясь собственным частным расследованием, он случайно вступил в контакт с этим таинственным и хорошо скрывающим свое истинное лицо человеком. Оказалось, что Матвеев оказывает услуги и службе безопасности. Это значительно облегчило Олегу задачу. Он свел с Денисом Аркадьевичем еще и личное знакомство.

– Вот почему мы довольно неожиданно стали снимать на лето дачу в Мамонтовке! А я думала… Олегу нравилась подмосковная природа…

Ева вздохнула – выходит, она все время жила в мире притворства и картонных декораций! Олег тоже оказался неплохим актером. По сравнению с Денисом, конечно, он больше чем на статиста не тянет… Но зато это статист из самого лучшего театра! Раз Ева ничего такого не подозревала. О господи! Она почувствовала себя вывалявшейся в грязи. Захотелось смыть с себя все, снять вместе с кожей… Наверно, Олег не случайно пригласил ее тогда в гости и познакомил с Денисом. Он подставил ее… он шел на все, чтобы найти крючок, на который можно будет подцепить Матвеева!

– Да! – подтвердил Смирнов, как будто подслушав ее мысли. – Он нашел Матвеева, вычислил его и начал подбирать крючок с приманкой, чтобы оказаться рядом, знать все и ловить на лету информацию. Что-то могли подсказать ему и вы, Ева!

– Он знал о моих… о нас с Денисом?

– Предполагаю, что знал.

У Евы дернулось лицо, как будто ее ударили. Еще и это! Собственный супруг… Боже! Мужчины! Неужели есть в жизни вещи, из-за которых можно вот так поступать с людьми? Это не укладывалось в ее голове. В системе ценностей Евы человеческие чувства, доверие и незащищенность перед другим существом, когда принимаешь его в свой мир, – было самым главным и значимым. Играть можно по-разному и с чем угодно еще, но только не с этим! Нельзя входить в чужой теплый и сияющий мир обманом, с камнем за пазухой – для того, чтобы все там разрушить, уничтожить, вывалять в грязи… Это уж слишком! Выходит, с ней пытались проделать подобное двое: Денис – виртуозно, изысканно и со вкусом; и Олег – грубо и просто, можно сказать, незатейливо.

– Как вы думаете, зачем ему было это нужно? – спросила Ева.

– Ну… во-первых, Рязанцев не мог не знать о дневниках, и естественно было бы предположить, что он хотел их заполучить. Ему совсем не безразлична собственная репутация и репутация отца, пусть даже и покойного. Знаете, как люди относятся к таким вещам? Яблочко от яблоньки… Больше того, я уверен, что Олег собирался убить Матвеева. Человек такого склада, как он, не мог принять иного решения. Ему нужно было устранить источник опасности раз и навсегда.

– Олег собирался убить Дениса? – Ева почувствовала, как у нее холодеет в груди. – Вы серьезно?

– Вполне. Если это сделал не Рязанцев, то только потому, что кто-то иной опередил его. Во всяком случае, такое намерение у него было, и он тщательно продумал, как его осуществить. Ваш супруг основательный человек, не так ли?

– Весьма основательный! – подтвердила Ева. – Если бы он задумал нечто подобное, то обязательно проработал бы каждую деталь.