Читаем Великолепие чести полностью

— Садись на коня, Мадлен.

Девушка мгновенно лишилась своей дерзости и отваги, едва увидев, как дергается щека барона.

Векстон что-то тихо прорычал и, указав Мадлен на своего скакуна, слегка подтолкнул ее к нему.

— Теперь у меня есть еще один повод разделаться с Луддоном, — пробормотал он.

Взглянув на барона, девушка поняла, что его терпению вот-вот придет конец и что спорить с ним бесполезно. Не важно, как она поведет себя теперь, — Дункан все равно не отпустит ее.

Тяжко вздохнув, пленница покорно побрела к коню.

Воины по-прежнему с любопытством смотрели на них. Мадлен старалась держаться спокойно, и это удавалось ей, но сердце ее трепетало все сильнее. Она еще не пришла в себя после стычки с Дунканом, а тут у нее появилась новая забота. Оказаться в седле, поднятой туда огромной ручищей Векстона, было легко, забраться на скакуна самой — куда труднее.

— Какая же я трусиха, — пробормотала девушка про себя, невольно вспоминая отца Бертона, частенько беседовавшего с самим собой. — Ах, видел бы меня сейчас отец Бертон! Ему стало бы стыдно. Подумаешь, какая опасность — взобраться на исполинского коня. И стоит ли мне беспокоиться, если скакун Дункана все равно затопчет меня? Я ведь уже буду мертва.

Рассуждая таким образом и иронизируя над собой, Мадлен постепенно избавлялась от страха. Она уже почти успокоилась, как вдруг прямо перед собой увидела скакуна Дункана, казалось, наблюдавшего за ней. При виде Мадлен он принялся рыть копытами землю и громко зафыркал. «Похоже, у коня такой же характер, как и у его хозяина», — подумала Мадлен.

Набравшись храбрости, она подошла к скакуну сбоку. Ему это, видно, не понравилось, и он попытался лягнуть девушку задней ногой. Мадлен потянулась было к седлу, но конь взбрыкнул, и она поспешно отскочила назад.

— Ты куда больше меня, а вот ума у тебя нет, — подбоченившись, возмущенно проговорила девушка.

К ее удовлетворению, конь, казалось, дружелюбно покосился на нее.

Улыбнувшись, Мадлен робко шагнула к его голове и, взглянув ему в глаза, ухватилась за уздцы, нагнула голову животного вниз, а затем тихонько начала шептать ему в ухо:

— Понимаешь, я не умею ездить верхом, поэтому так боюсь тебя. Ты такой сильный, что можешь насмерть затоптать меня. Я не знаю твоего имени, но если бы ты принадлежал мне, я назвала бы тебя Силеном. Это имя одного из моих любимых античных богов. Могущественный, дикий — совсем как ты. Да-а, Силен — самое подходящее для тебя имя. — Закончив свой монолог, Мадлен отпустила поводья. — Силен, твой хозяин приказал мне забраться к тебе на спину. Стой спокойно, пожалуйста, потому что я очень тебя боюсь.

Дункан уже надел боевые доспехи. Стоя на противоположном конце поляны, он с удивлением наблюдал за тем, как Мадлен разговаривает с его конем. Он не слышал ни слова, но видел, что девушка пытается взобраться на скакуна не с той стороны. Он уже хотел было крикнуть, чтобы она отошла в сторону, а то конь встанет на дыбы, как слова застыли у него на устах, потому что девушка, подтянувшись, вскочила в седло. Она делала все не так, как следует, но… все же справилась. Барон облегченно вздохнул. Обычно очень резвый, скакун стоял неподвижно и терпеливо ждал, пока девушка неуклюже устраивалась на его спине. И черт ее возьми, если она потом не наклонилась к уху коня и не прошептала ему что-то!

— Ты видел то же, что и я? — спросил из-за спины барона Джилард.

Дункан кивнул, но не обернулся, продолжая наблюдать за Мадлен. Улыбка чуть тронула его крепко сжатые губы.

— Интересно, кто учил ее ездить верхом? — удивленно пробормотал Джилард. — По-моему, она не знает самых азов.

— Да никто ее не учил, — заметил Дункан. — Это ясно. Странно только, что мой конь был так терпелив. — Покачав головой, он направился к Мадлен, уже сидящей на Силене.

С другой стороны к девушке уже спешил молодой оруженосец барона. Его веснушчатое лицо расплылось в широкой улыбке, когда он проговорил:

— Ты должна забираться на коня слева. — С этими словами он взял девушку за руку, словно намереваясь стянуть ее на землю и дать ей возможность вскочить в седло по всем правилам. Но тут конь увидел хозяина и заплясал на месте, отчего Ансель тут же отлетел в сторону.

— Не смей больше никогда дотрагиваться до нее! — взревел барон.

Оруженосец мигом вскочил на ноги и послушно кивнул хозяину. Увидев, что барон тоже собирается вспрыгнуть на коня, Мадлен зажмурила глаза, опасаясь, что тут же слетит на землю. Однако Векстон легко вскочил в седло и тесно прижал девушку к себе, закутав ее в теплый плащ.

— Ты не лучше Луддона, — тихо пробормотала Мадлен. — Думаешь, я не заметила, что ты даже не похоронил погибших, спеша убраться из замка моего брата? Ты безжалостен. Ты убиваешь людей, не испытывая угрызений совести.

Дункан едва сдержался, чтобы не схватить пленницу за шиворот и не тряхнуть как следует.

— Мадлен, мы не похоронили мертвых, потому что никто из моих воинов не погиб. Все это были воины Луддона.

— Ты хочешь, чтобы я поверила, будто твои воины настолько превосходят воинов Луддона, что…