Подлинно, не низкий ум надобно иметь, дабы насладиться сей трапезы. Надобно сим умом возлететь на высоту любви Спасителя к нам, полагающего за нас душу Свою. Но этот высокий ум — на сей случай — дает не ученость, а вера: "аще не уверите, ниже имате разумети" (Ис. 7; 9).

Итак будем веровать, приступая к трапезе Тела и Крови, не будем поникать умом долу, вопрошая: "како может… дати Плоть Свою ясти?" (Ин. 6; 52) или, подобно еретикам, недоумевая, как под видом хлеба и вина может сокрываться Тело и Кровь?

От человек это невозможно, а от нашего Спасителя, Который есть Бог и человек, вся возможна. Напротив, недостойно Его было преподать один хлеб и одно вино: ибо это может сто раз сделать каждый из людей. Ему, яко Богу, предлежало сделать большее; и Он сод ел ал самое большее; "ибо никтоже больше любви имать, да аще кто душу положит за други своя". Аминь.

Слово в Великий Четверток

По окончании предстоящего священнодействия, вы будете слышать, братие, такое поучение, пред коим все наши вещания ничто, ибо вы будете слышать поучение от Самого Господа и Спасителя нашего, сказанное по омовении ног апостолам, а в лице их и всем нам. При таком слове самого Слова животного, всякое поучение со стороны нашей было бы неуместно и даже дерзновенно. Для чего же я изшел теперь пред вас? — Для того именно, чтобы обратить внимание ваше на сие слово Господа нашего, которое по краткости своей не обращает на себя внимания многих; между тем, в нем вся сила, и все наши вещания не могут заменить в нем одной йоты. Итак, не опустите дорогого случая собрать драгоценный бисер словес Христовых и положить их в самой лучшей и самой крепкой сокровищнице сердца своего. Вообще, братие, просим и молим вас, не останавливайтесь на том, что видят взоры, а переноситесь мыслью к Тому, Коего лицо мы изображаем пред вами, представляйте себе не слабого и ничтожного человека, преклоняющегося пред подобными себе, и может быть гораздо лучшими, человеками, а как Господь славы послужил вместо раба своим тварям, как, делая все нашего ради спасения, ради сего же спасения, умыл ныне и ноги ученикам, омывая символ священнотайне скверну деяний наших, и подая нам пример глубочайшего смирения. Если вы будете созерцать настоящее священнодействие в сем духе, то, мы уверены, что оно не останется без плода для душ ваших, и вы, возвратившись в дома, не будете разглагольствовать праздно о том, как совершалась церемония, кто и как говорил или действовал, а в тишине духа и сердца, со слезами умиления на очах, размыслите сами с собою прилежно, как должно действовать вам, как смирять свою гордость, обуздывать гнев, искоренять превозношения плоти, как, водясь любовью, переносить уничижение, терпеть обиды и побеждать благим злое. О сем-то мы почли за долг напомнить вам кратко, для приготовления вас к послушанию вместе с нами проповеди Господней. Аминь.

Слово в Великий Четверток на Страсти Христовы

И одного простого слышания повести Евангельской о страданиях Христовых достаточно, братие мои, дабы видеть что сии страдания были ужасны. Когда представишь при сем, что их терпела плоть пречистая, душа пресвятая, для коих, по самой чистоте их, всякое мучение долженствовало быть гораздо чувствительнее, нежели для нашего грубого тела, для нашего оплотянелого духа; то страдания Господа становятся еще ужаснее. А когда, вслед за сим, помыслишь, что таким образом страдал не только Пресвятый, но и Всемогущий, что на кресте висел в муках не простой человек или Ангел, а Сам Единородный Сын Божий; то, поражаясь ужасом и недоумением, вопрошаешь: что могло быть причиною столь беспримерного события, или паче сказать, таинства и чуда?

Явно, что не воины римские вознесли Сына Божия на Крест; явно, что Он терпит муки и смерть не потому, что коварный ученик предал Его, что ослепленные страстью фарисеи и книжники испросили Его на смерть, что человекоугодливый судья осудил Его и отдал на пропятие. Когда Божественный Страдалец восхотел показать свое могущество, то единое Его слово: Аз есмь! (Ин. 18; 6) повергло на землю всю спиру иудейскую. И теперь, когда Он на Кресте истаивает в муках и вопиет: жажду! И теперь помрачающееся солнце, трепещущая земля являют, что вся тварь готова восстать на защиту своего Владыки.

Кто же связал "льва от Иуды?" Кто отдал Сына Божия на пропятие и смерть? — Правосудие Божие. — За что? — За грехи людей. — Чем Он виновен в грехах наших? — Тем, что принял их на Себя за нас. — Для чего принял? — Дабы освободить нас от казни за грех и примирить с Богом. — Как примирить? — Удовлетворив за грехи правосудию своею смертью. — Вот лестница, по коей взошел на Крест Сын Божий! Вот гвоздие, коим пригвожден Он ко Кресту! Вот терны, из коих соплетен венец на главу Его!