Читаем Великий пост полностью

Но, братие мои, мыслить таким образом не значило ли бы не понимать, унижать, оскорблять достопоклоняемую благодать Божию, и, по страшному выражению апостола Христова, прелагать ее "в скверну"? (Иуд. 1; 4). Ибо скажем и мы вместе со святым Павлом: "Христос… греху ли служитель? Да не будет"! (Гал. 2; 17). Если в Новом Завете благодать "преизбыточествова там, идеже… умножися грех" (Рим. 5; 20), то не для того, чтобы сим преизбыточеством своим питать и укреплять в человеках беззаконие, а чтобы подавить его, изгладить и упразднить. Кровь Иисуса Христа очищает и спасает от всякого греха, но кого? Не всякого грешника, а только тех, кои, сокрушаясь о своих грехах и приемля во имя Искупителя прощение в них, употребляют и со своей стороны все средства к освобождению себя от постыдного плена страстей. Для грешников же нераскаянных и в Новом, так же как и в Ветхом Завете, нет ни благодати, ни помилования.

Чтобы сии грозные истины не показались кому-либо нашим собственным рассуждением, обратимся паки к Писанию, и послушаем, что в Новом Завете говорится против пороков. "Горе вам, книжницы и фарисее, лицемери, яко одесятствуете мятву и копр и кимин, и остависте вящшая закона: суд, милость и веру"! (Мф. 23; 23). Вот анафема против ложной набожности! "Горе вам, книжницы и фарисее, лицемери, яко подобитеся гробом повапленным, иже внеуду убо являются красны, внутрьуду же полни суть костей мертвых и всякия нечистоты"! (Мф. 23; 27). Вот суд на лицемерие! "Горе… имже соблазн приходит… уне есть человеку тому, да обесится жернов оселский на выи его, и потонет в пучине морстей"! (Мф. 18; 7, 6). Вот анафема на соблазнителей! Горе "вам богатым: яко отстоите утешения вашего"! Вот суд на богачей неправедных и жестокосердных! "Горе вам, насыщеннии ныне: яко взалчете"! Вот приговор против сынов роскоши и неги! "Горе вам смеющымся ныне: яко возрыдаете и восплачете"! Вот гром против безумных радостей мирских! "Горе, егда добре рекут вам вси чедовецы"! (Лк. 6; 24–26). Вот стрела против тщеславия и суетной похвалы человеческой!

Видите, с какой силой и строгостью поражается в Новом Завете даже то, что по суду мира не только не ставится в порок, но почитается иногда за добродетель. И из чьих уст исходит столько горя и осуждения? Из уст сладчайшего Иисуса, из уст Того, Кто Сам есть и единственный виновник, и податель всякой благодати. Он ли произнесет горе излишнее?

Хотите ли еще выслушать, что говорит о грешниках апостол Павел, тот апостол, который столько исполнен был любви к ближним, что желал за спасение погибавшей братии своей сам быть отлученным от Христа? Павел поражает анафемой не только явный порок и явную нераскаянность, но и самую холодность к вере, недостаток сердечного расположения и любви к Господу и Спасителю нашему. "Аще кто не любит Господа Иисуса Христа", — говорит он, — "да будет проклят"! (1 Кор. 16; 22). После сего какой грех и какой порок будут свободны от анафемы? Ибо любит ли Господа Иисуса тот пастырь, который служит алтарю потому только, что питается от алтаря, и нерадит о спасении душ, ему вверенных?

Итак, он под анафемою Павловою! Любит ли Господа Иисуса тот судия, для которого на суде дороги не правда и невинность, а мзда и лицеприятие? Итак, он под анафемою Павловою! Любит ли Господа Иисуса тот властелин, который кровавые труды подвластных себе расточает на роскошь и прихоти? Итак, он под анафемою Павловою! Любит ли Господа Иисуса тот богач, который, имея всю возможность облегчить участь меньшей братии своей и вместе Христовой, жестокосердо "затворит утробу свою" (1 Ин. 3; 17) при виде брата требующего? Итак, он под анафемою Павловою! Любит ли Господа Иисуса отец, не радеющий о воспитании детей и подающий им пример худой? Супруг, не соблюдающий взаимной верности и не переносящий взаимных недостатков? Дети, не оказывающие уважения родителям и старшим? Любят ли Господа Иисуса все невоздержные, все гневливые, все злоречивые, все гордые, все грешники? Итак, все они под анафемою; ибо, "аще кто не любит Господа Иисуса Христа", тот, по словам святого Павла, "проклят"! (1 Кор. 16; 22). И что же обещать таковым душам нераскаянным? Ужели рай и блаженство на небесах?