Читаем Ведомая огнем полностью

– Марьяна, мы находимся сейчас в изолированной зоне повышенной секретности. Доступ сюда имеет не каждый. Как видишь, даже наше крыло в полном составе не пропустили. Поэтому здесь находятся только офицеры – не ниже. А вообще, райс – это звание и одновременно должность у силовиков. Но его ценность и важность разные, смотря о каком направлении идет речь. У танцоров, например, всего четыре уровня командования. Нижний – рау – это все, кто получил статус танцора, а таких не так уж и много на Эшарте. Райс – это командир крыла в составе одиннадцати спецов высочайшего уровня. Следующий – супримрайс, и самый верхний чин – веррайс. А у разведки разные направления, и у них райс – не самый высокий чин. У службы хозяйственников райс – наоборот, самый главный и уважаемый. Вот наш райс Метус – редкостный жмот и нытик. Его собственная пара не переносит за жадность и педантичность. Я вообще удивляюсь, как может быть эшарт настолько похож на адаптера…

Тем временем мы прошли в огромный бокс. Встретили нас двое адаптеров: мужчина и женщина. И эшарта! Увидев здесь достаточно много мужчин, я теперь во все глаза рассматривала местных представительниц прекрасного пола. Если женщина-адаптер действительно походила на обычного человека с чуть нездоровым землистым цветом лица, то внешность эшарты меня изумила. Высокая, стройная, грациозная и… зеленая – настоящая живая инопланетянка. Кисточки бровей до шеи. Волосы зеленым коротким ежиком торчат в разные стороны, но это ее не портит, наоборот, добавляет своеобразного шарма. На золотистой коже зеленая сеточка чешуи. Высокие скулы, более выразительный, чем у мужчин, нос и узкие изумрудные глаза, которые при виде меня блеснули интересом.

Меня представили, а вот имена персонала так и остались секретом, впрочем, как и всех остальных работников научно-исследовательского подразделения, которых мы сегодня видели. Хотя, учитывая специфику деятельности учреждения, где мы находились, стало понятно почему.

Услышав, что женщинам поручили провести медицинский осмотр пациентки и сделать потом сравнительный анализ, Дэнарт напрягся и зло уставился на Пыльного, который под испепеляющим драконьим взглядом стушевался и быстро завел разговор со Шкером.

Страхи моего защитника не оправдались: обе женщины все проделали быстро и очень тактично. И если вначале несколько минут я чувствовала себя скованно и смущенно, то, убедившись, что врачи действуют профессионально и как бы обезличенно, словно роботы, успокоилась и абстрагировалась от происходящего.

После осмотра Шкер сказал нам с Дэнартом, что нужно провести сканирование и оно не опасно для здоровья. Меня поставили между двух панелей во весь рост, попросили изобразить звездочку, расставив руки и ноги в стороны, и замереть на минутку.

После этого нам с Дэном разрешили удалиться, а Шкер остался с умниками. Они дружно пялились в большой, как мне казалось, прозрачный монитор. С моей стороны ничего видно не было, но они горячо обсуждали что-то изображенное на экране и тыкали туда пальцами.

Стоило нам вернуться к моим спутницам, Ксения облегченно выпалила:

– Ну наконец-то, а то я уж решила, что мы тут заночуем…

– А куда нам торопиться? Дома у нас нет, и идти отсюда некуда. Так что радуйся, что им пока еще интересно с нами возиться! – мрачно заявила Джулия.

– Родная, ну что ты говоришь такое? У тебя есть дом, и все остальное скоро будет. У тебя же есть я… – тихо, с заискивающими нотками произнес Олен.

Он сидел рядом с насупившейся Джулией и гладил пальцами ее шею, играя с завитушками медных волос, которые в здешнем красновато-золотистом свете смотрелись очень эффектно.

Джулия капризно надула губки, посидела минуту, а потом, откинувшись на грудь своего мужчины, тихонько жалобно простонала:

– Боже, Олен, я не могу ходить в этом жутком балахоне. Мне от него плохо и физически, и морально. В конце концов, я Джулия Лима – известный в мире моды художник… Цвет и стиль – это наша жизнь. Ты можешь меня понять?!

Олен улыбнулся, погладил свою женщину по обнаженному плечу и, успокаивая, заговорил, причем я вновь расслышала заискивающие, воркующие нотки:

– Конечно, понимаю, милая. Поверь, любой эшарт тебя поймет, как никто другой. Цвета – это целый мир. Такой богатый, прекрасный… Потерпи немного, и мы украсим твою жизнь красками. Я лично позабочусь об этом, свожу тебя в торговые ряды…

Мужчина придвинулся к Джулии и зашептал свои обещания ей на ухо. Я с улыбкой отметила, как довольно блеснули зеленые глаза Джулии и как она млела, слушая Олена. Разговор не предназначался для свидетелей, но уши-то никуда не денешь, поэтому я невольно подслушивала и в душе радовалась за них.

Вернулся довольный Шкер, сообщил, что данных, полученных в ходе исследования, пока достаточно для первых выводов. А еще, как они с Эгером и полагали, мы очень похожи не только внешне, но и внутренне. Различия имеются, правда, незначительные. Удивительно, но факт!