Читаем Ведьмин бал полностью

– Надо позвонить, ведь ему тоже грозит опасность, – согласилась я.

– Сейчас, только отключим холодильник…

Вдвоем, настороженно оглядываясь, мы прошлись по квартире, отключая все электроприборы и гася свет везде, кроме кухни. Свет в течение этого времени отчаянно мигал, а затем снова загорелся ровно.

– Вот гадость! – выругалась Лилька. – Это нарочно было так сделано!

Из гостиной донесся тихий, тоненький смешок. Мы, стоявшие в этот момент в коридоре, пулей влетели в кухню и захлопнули дверь. Лилька схватила мобильник.

– И минуты здесь больше не останусь! – бормотала она, отыскивая номер. – Алло, Костя? Это Лиля…

Я придвинулась поближе, рассчитывая услышать ответ. Лилька кивнула и включила громкую связь.

– И чего? – донесся насмешливый мужской голос. Судя по фоновому шуму, Костя как раз ехал в автомобиле.

– Костя, у нас в квартире творится какая-то чертовщина! Здесь затаилось что-то страшное! Мы дома одни, я и подруга, родители в больнице, – затараторила Лилька. – Пожалуйста, забери нас отсюда, отвези к подруге домой, нам грозит опасность!

– Ага, щас, разбежался, – хмыкнули с той стороны. – И с какой радости, скажи на милость, я должен это делать? Твоя хваленая сестрица предпочла мне какого-то урода? Вот пусть он и везет вас, куда хотите.

– Костя, ты все не так понял! Ты не знаешь всего! Ладку приворожили, она сама не понимает, что творит, ее спасать нужно!

– Ну, так я и думал, что она какой-нибудь финт выкинет. Если она таким образом пытается возобновить отношения, то ничего у нее не выйдет, так ей и передай. Нашли дурака! Приворожи-или ее, смотри ты! А инопланетяне ее, случаем, не похитили?

– Костя, подожди! Костя! Тебе тоже грозит опасность, как и всем нам! Во всем виновата страшная ведьма, мой папа уже попал в больницу…

– Знаешь что, пугай этими страшилками своих подружек! И не звони мне больше. У меня уже есть другая девушка, порядочная, не такая, как твоя сестра!

Раздался щелчок, связь прервалась.

– Козел! – закричала Лилька. – Гад!..

Вдруг она осеклась и уставилась прямо перед собой. Я повернулась туда же. Дверь кухни была стеклянной, а напротив нее располагалась ванная. И сейчас сквозь щели по периметру двери ванной пробивался электрический свет, хотя я готова была поклясться, что мы его везде, кроме кухни, выключили.

Лилька приложила палец к губам. Я замерла, прислушиваясь. В мертвой тишине квартиры четко донеслось шарканье старческих шагов и причмокивание, а несколько секунд спустя дверь ванной, запертая на шпингалет, резко дернулась, словно в нее ударили изнутри.

Лилька заорала, бросилась к окну, похоже, собираясь туда выпрыгнуть. Возможно, это было бы выходом, если бы не решетка. Но моя подруга, похоже, от страха мало что соображала.

Ее охватила самая настоящая паника, грозившая передаться и мне. Спас кулон. До сих пор я как-то забыла о нем, лишь теперь обратила внимание: он был теплым, но не раскаленным. Значит… Значит, не все было так плохо, как нам пытались внушить.

Я поймала Лильку за руку и стащила с подоконника на пол.

– Что нам делать? Что делать… что делать… – бормотала она, совершенно потеряв голову.

А и правда, что нам было делать? Я запоздало припомнила разговор с тетей Ксеней, которая неоднократно предупреждала меня насчет таких случаев.

– Значит, так, – строго сказала я Лильке. – Есть в доме церковная свечка?

– Где-то была, – с готовностью ответила она. – Да, мы на Пасху куличи святили… была свечка.

Она открыла ящик кухонного стола, забитый всякой всячиной, покопалась в нем и вытащила согнутую, пыльную, но явно церковного производства свечку.

– Вот и хорошо, – кивнула я, зажигая ее. – А теперь слушай меня: сейчас мы пройдем по квартире, и что бы вокруг ни происходило – не бойся. Мы эту погань выкурим.

– Ты всерьез думаешь, что свечка поможет? – не поверила Лилька.

– Не сомневайся, – кивнула я. – Если боишься, держи меня за руку. И спички прихвати – свеча может погаснуть, придется снова зажигать.

Начала я с кухни. Подняв горящую свечку, я медленно перекрестила ею окно, затем по очереди все углы кухни, и последней – дверь. После чего решительно распахнула ее.

В ванной света не было. Не торопясь, я горящей свечой перекрестила дверь ванной и вошла внутрь. Внутри никого не оказалось, и я по очереди перекрестила уже здесь все углы.

Так мы обошли всю квартиру. Свечка трещала, коптила, оплывала черными разводами. Лилька с некоторым испугом держалась за мою левую руку, а я неожиданно поняла, что, слишком сосредоточившись на своей работе, словно приобрела некое шестое чувство, особенное зрение, позволявшее видеть прежде невидимое. Это было что-то похожее на липкую паутину, змеящуюся по углам и со злобным шипением сгорающую на маленьком огоньке моей свечи. Окно Лилькиной спальни я перекрестила, наверное, раз десять – отчего-то мне чудилась непонятная опасность, исходящая от него – или, может быть, подстерегающая за ним. Это же подтвердил и мой кулон, изрядно нагревшийся, когда я подошла к этому окну. Я вспомнила, что с этой стороны цоколь дома очень низкий, на него взберется и ребенок.