— Да скоро ему уже надоест, и мы отсюда съедем, — сказал Марк. Он отыскал некое подобие веника и теперь решал, с чего бы начать уборку. — Мы всё время меняем Дома. Это большой остров, хватает.

— Марк, — шепнула она, — ты сказал, сейчас вас здесь семеро. А раньше?

Он пожал плечами:

— Иногда Петер приносит новых. Иногда... сама понимаешь, бывают разные приключения, в том числе опасные. На то они и приключения, да?

— Но когда я пришла, когда Петер тебя отчитал, — ты боялся не приключений.

Марк сглотнул.

— Иногда он делается... хуже. Хуже, понимаешь! Тогда ему нужно кого-нибудь укоротить. Вот и всё.

— Он убивает вас?!

  — Лучше бы убивал, — сказал из своего угла худощавый. Подхватил мешок и поволок к выходу.

— Петер укорачивает нас, — шепнул Марк. — Просто берёт нож и укорачивает. Сегодня он решил, что следующим буду я.

20

В дальней части внутреннего двора, за каменным «домом», росли две акации. Одна — поменьше, кривенькая и низкая, другая — повыше и покрепче. На ней — той, что повыше, — висел в петле мальчик.

— Хорошо же ты тут огляделся, — сказал Ахавель.

Демиро молча обошёл вокруг акации, не спуская глаз с висевшего. Мухи раздражённо жужжали и метались над головой.

— День или два назад, — сообщил наконец Стрелок.

Родриго изогнул шею, заглядывая в лицо ребёнка. Потом вздохнул со странной смесью ужаса и облегчения.

Ведьмак достал пистолет и выстрелил. Пуля перебила верёвку, и тело упало вниз.

— Какого чёрта?! — зашипел Ахавель. — Предполагалось, что мы не будем привлекать к себе внимание.

Стефан пожал плечами и присел на корточки перед трупом.

— Я как-то не заметил, чтобы было много желающих лезть наверх и снимать его по-другому.

Задержав дыхание, ведьмак быстро осмотрел тело. Потом встал и пошёл сполоснуть руки в текущем неподалёку ручейке.

— Сам? — спросил Демиро.

— Похоже на то. Руки-ноги связаны не были, вообще — никаких следов борьбы. Некоторое истощение — но я думаю, это нормально, если он пробыл здесь какое-то время.

 — Вы хотите сказать, — уточнил Печёнка, — он сам повесился?

— Уже сказал. И ещё: были среди похищенных дети со старым, четырёх-пятилетней давности, переломом ноги?

— Сейчас так сразу не вспомнить...

— Ну вот если вспомните такого, вполне может быть, что перед нами именно он. — Стефан вытер руки о куртку, повернулся Демиро: — Но больше всего меня другое интересует: я один видел то, что видел? Или, точней, не видел того, что должен бы увидеть?

Судя по непонимающим взглядам, так оно и было.

— Ладно, — сказал ведьмак. — Наверное, показалось. Да, скорее всего показалось, иначе и быть не может. Демиро, нам бы лопаты поискать... или кирки, что ли. А потом убраться отсюда поскорей.

— Действуем по прежнему плану, — подытожил для вcex Стрелок. — Обыскиваем здесь всё, потом похороним ребёнка и двинемся дальше. Куда — решим после осмотра крепости. Вдруг какая зацепка...

Зацепок они нашли хоть отбавляй.

В крепости когда-то жили, но её обитатели не отличались ни чистоплотностью, ни любовью к порядку. На верхнем этаже «башни», которую осматривали Стефан с де Форбином, было полным-полно высохших фруктовых косточек и птичьих костей, на каменной приступочке — слои оплывшего воска. Спугнутая с гнезда земляная кукушка заметалась по площадке, потом с яростным криком набросилась на чужаков.

Краснолюд плюнул в сердцах и повернул назад:

— Нечего здесь ловить, мэтр. Я так мыслю, по крайней мере полгода в этих хоромах никто не живёт. Да и вообще  в толк не возьму, как тут можно было жить.

— Но ведь жили.

— То-то и странно. Мой Даго ни за что не стал бы... — Он раздосадованно махнул рукой и дальше спускался в молчании.

 Другая «башня», по словам Тередо и Родриго, выглядела не лучше. Только в верхнем зальце устроились не кукушки, а летучие лисицы. Теперь они всполошенно летали над верхушкой и перекрикивались писклявыми голосами.

— Нам ещё, — сказал де Форбин, — осталось флаг над «башней» поднять, для самых тупоголовых.

— Как будто, — прохрипел Тередо, — мы знали!..

Красно люд отмахнулся:

— Да никто вас не винит. Опять же, так или иначе, а дозорного наверх надо бы послать. На всякий случай.

Но тут явился из «дома» Макрен с новостями, и о «башнях» на время позабыли.

«Дом» представлял собой сплюснутую, неровную полу сферу со множеством отверстий. Часть из них была зава лена камнями и брёвнами, другими явно пользовались как входами. Внутри находилось несколько пещер: один крупная и штук пять поменьше. Их соединяли тоннели, порой узкие настолько, что туда приходилось протиски ваться ползком.

В одной из пещерок Йохан обнаружил сокровищницу. Попасть в неё можно было через тесный и длинный лаз, а в самой пещерке помещалась только пара человек, и то приходилось стоять, согнувшись в три погибели.

— Что-то, — бросил Демиро, — подсказывает мне: команду эта находка не обрадует. По-моему, они рассчитывали на несколько другие сокровища.

Он отряхнул колени и положил на изящный столик в центре главной пещеры шкатулочку. Маленькую и сверкающую позолотой. В таких обычно хранят семейные драгоценности.