– Не может, – заверила Заглавная Ведьма. – Ведь из-за всех своих сегодняшних злоключений ты стала чуточку сильнее. Не замечала? И устойчивый канал к Джону открыла в считанные секунды, и конспект о зеркале прочла без всяких трудностей. Экстренные ситуации делают нас сильнее, Люсик – запомни это. И сила – не подаренная, а честно наработанная. Значит, она останется с тобой несмотря даже на то, что все мы перенесемся в утро сегодняшнего дня. Понимаешь? Теперь тобой не так-то легко управлять. Надеюсь, ты не позволишь довести себя до такого возмутительного нахальства, как колдовство без присмотра и прочее нарушение законов!!! Впрочем, все зависит от тебя, Люсик. Посмотрим, многому ли научила тебя эта история… – Заглавная Ведьма мальком глянула на настенные часы и сделалась вдруг очень торжественной. – А теперь – идем! Нам предстоит выслушать обвинение и приговор… Надеюсь, ты знаешь, что делать…

– Знаю-знаю, – испуганно затараторила Люсик. От осознания предстоящих событий, ей делалось как-то не по себе. – Сейчас выслушаю приговор, отпрошусь на секундочку выйти, подойду в приемную к зеркалу, скажу ему, что желание действительно стоит исполнить и… Пани Заглавная Ведьма, неужели все это и впрямь возможно?

Пани Ве’Дунья исподлобья глядела на свою подопечную и явно теряла терпение….

– Сейчас уже иду, – снова запричитала Люсик. – Пани Ве.’Дунья, я только хотела сказать… Знаете, а ведь выходит, что вы действительно меня покрываете. Можно ли оставлять в Академии ту, кому суждено стать предводительницей повстанцев?

– Знаешь, давай решать проблемы по мере их возникновения., – с усталой улыбкой вздохнула Ве’Дунья. – Сейчас нам нужно всего лишь разрушить заговор в Академии. А твое будущее повстанчество – это ведь уже совсем другая история и совсем другое приключение…

ЭПИЛОГ

– Воронкина? – Ксюша Александровна очень удивилась, что Леночка Воронкина подняла руку еще даже до того, как она окончила формулировать вопрос. – Ну хорошо, Леночка, выходи к доске.

– Итак, Закон Всемирного тяготения! – торжественно начала Люсик.

По мере того, как она отвечала, глаза завуча – Крысовского Николая Никифрововича – наполнялись скукой. Нет, в этом классе ему явно было нечего делать. Дети тут, судя по всему, собрались прилежные, отвечали хорошо и явно знали предмет. Похоже, написать жалобу на эту странную затею под назанием Естествоведение – не удастся.

„Ну, ничего! Может, с открытым уроком у семиклассников мне больше повезет…” – утешил себя завуч и уткнул нос в свой блокнот. Происходящее в классе больше не интересовало его.

Люсик Воронкина окончила отвечать и весело улыбнулась. Сегодня у нее было на удивление замечательное настроение. Ообычно по утрам Люсик так сильно хотела спать, что страшно опаздывала и все время ругалась с домашними. Но вот как раз сегодня на Леночку нашла неверотяная бодрость. Проснувшись за пару минут до будильника, она даже подшутила над ним: положила одеяло так, будто сама все еще лежит в постели, укрытая с головой. Включившийся в нужную минуту будильник долго возмущенно пищал, прыгая вокруг кровати, а потом… вы не поверите?! … подговорил чайник облить спящую хозяйку водой!!! Каким же было удивление домашней утвари, когда хохочущая Люсик – уже одетая, умытая и причесанная – выскочила из коридора и принялась убирать постель….

Приключение второе: РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

СПЛОШНЫЕ НЕСУРАЗИЦЫ

– Ну что, что ты так смотришь?! Мне больше писать нечего! – шипела Люсик Воронкина, затравлено косясь на бездушные, светящиеся зловещим желтым огнем крокодильи глаза. – У-у-у, чучело безмозглое! – вконец разозлилась начинающая ведьма и даже отложила ручку в знак протеста.

Крокодил неожиданно громко и скорбно вздохнул, гордо отвернулся и, неуклюже переставляя когтистые лапы, уполз на дальний угол стола. Люсик звонко клацнула отвисшей было челюстью. Вообще-то девочка думала, что перед ней действительно чучело, а вовсе не настоящее животное. То есть, от пани Ве’Дуньи – Заглавной Ведьмы заочного отделения Академии Волшебства, – всего можно было ожидать, даже живых крокодилов… Но, все-таки…

– Ладно, поняла, – примирительно заявила Люсик, решив ничему не удивляться, и снова принялась за писанину.

«Провинность двадцать третья, – аккуратно вывела она. – Клевета на живых существ». В столбце «Разъяснения» Люсик написала: «Обзывала живого крокодила бездушным надзирателем и чучелом». А в графе «Оправдания» многозначительно заметила: «Предупреждать же надо!»

– Все? – стараясь скрыть раздражение, снова поинтересовалась Люсик у крокодила. И опять глаза надзирателя блеснули в ответ непреклонным желтым цветом. – Несправедливо! – заныла Люсик. – Ты это просто из вредности делаешь!!!

Десятилетняя Люсик – начинающая ведьма, оканчивающая третий год обучения в Академии – безвинно погибала в кабинете своей персональной наставницы и главной преподавательницы заочного отделения – пани Ве’Дуньи. Никогда еще уроки не давались Люсику с таким трудом!