И вот она умчалась в лес, и ее слова смешались с шелестом листьев.

Отдан или найден. Его нельзя забирать.

Из-за спины донесся крик, и волосы у меня у меня встали дыбом.

Это был крик героя, ибо только герои охотятся на юных ведьм.

Свистел ветер, раскачивая высокие стволы деревьев.

Я почуяла запах зайца. В глубокой норе спали детеныши. Мне вдруг захотелось самой зарыться куда-нибудь и исчезнуть, но вместо этого я поглубже затолкала свой страх.

– Ты ведь не станешь прятаться, да, Иви?

Она прочитала правду в моем сердце так же легко, как вертела камень в ладонях.

– Не стану, Дилли. Но тебя укрою высоко в…

– Я тоже не стану прятаться.

Она твердо посмотрела на меня.

– Дилл…

– Нет, Иви, не стану я висеть на дереве и ждать, пока меня сорвут. Мы охотимся вместе, – сказала она. – Иначе никак.

Я увидела всю ее решимость, ее ярость из-за того, что они у нас отняли, – этот, называющий себя охотником, эта, называющая себя ведьмой, этот пес, эта гадина.

И, слыша за спиной скрип седла, бряцание сбруи, я притянула к себе сестренку и вдохнула ее запах. И обе мы вспомнили, от чего прежде бегали и от чего больше бегать не станем.

– Ведьмы! Я знаю, что вы там, ведьмы!

Мы припали к земле и стали следить за ним, за охотником.

– Я вас вытравлю, как вшей, как мерзких насекомых!

Высокий спрыгнул с лошади и медленно поднял ружье.

– Грей не с ним, Иви…

Я смотрела, как этот пес ищет наш след.

– Она уползла. Как настоящая гадина.

Дилл широко улыбнулась. Мы были вместе, снова у себя в лесу. Мы видели силуэт охотника – черная тень среди еще более черных деревьев, на фоне желтого света.

– Сейчас я заставлю его пострелять, – пообещала Дилл. – Истратит весь порох, пока гоняется за мной. – Она приготовилась бежать, погладила меня по голове.

– Дилл…

Я задрожала от ее нежного прикосновения, от страха за нее, желания беречь ее всегда и всюду. И хотя я поклялась в этом матери, но она моя сестра, и клятвы здесь были излишни.

– Не волнуйся, моя Иви Птичка. – Ее глаза сверкнули, как искорки на камне. – Мама нас хорошо обучила. Ты сильнее меня, сестра, но я-то шустрее.

Она коснулась моих губ, и я поцеловала ее пальцы. Как же она выросла за эти несколько дней. Стала высокой, как ольха, что росла вокруг нас. И, как и эти деревья, ее не сломить.

– Вспять время поверну и свет я отыщу, моя Дилл.

– И псы падут в грязи, моя Иви.

Мое обещание было ее обещанием.

– Мы летим за тобой, мама, – прошептали мы в унисон.

Дети мои.

И мы побежали. Дочери. Сестры. Ведьмы, что любят охотиться.

38

Прогремел мушкетный выстрел. Кора брызнула фонтаном золотой щепы.

Но Дилл на месте уже не было, она со смехом сделала колесо, уходя в сторону.

– Гореть тебе в аду!

За облаком дыма я разглядела, как Высокий клянет свое дымящееся ружье, а Дилл в это время высоко подскочила и ухватилась за ветки – будто вскарабкалась по чистому воздуху. Она права. Она и впрямь шустрее меня.

БАБАХ!

– Будь ты проклята, дикая кошка!

– Да! – рассмеялась, прыгая дальше, Дилл. – Я кошка! Р-р-р-р! – Ее пальцы превратились в когти.

Они двигались как бумажные куклы, а лес был их сценой: охотник гонялся за добычей, не в силах поймать ее, а добыча танцевала под пылающим солнцем.

– Дитя, если я потрачу еще одну пулю впустую, то освежую тебя заживо!

– Почему же впустую, господин Джейкобс? – крикнула Дилл. – Мы же веселимся!

Как проворна она была, как развевались ее волосы, как ее тонкие руки скользили по стволам деревьев, будто она в танце меняла партнеров на майском празднике.

– Осторожнее, Дилл… Опережай его, ну же.

Сверху зашуршало, и я вскинула голову.

На ветке моргнула сова – мы разбудили белую королеву.

– Сюда, господин Джейкобс! – позвала Дилл. – Сюда!

Мы с сестрой взяли его в тиски.

– Дьявол тебя побери! – Высокий ощупью искал порох.

– Сюда, Дилли… Сюда…

Ибо охотник сам стал добычей, и я слышала страх в его голосе, что звенел в этом лесу, в доме наших сердец, где мы отомстим за причиненное зло.

Он подходил все ближе и ближе, а я следила за ним.

И вот наконец я тихо вскочила с места, заскользила по мягкой земле, семенам и листьям. Его смазливое лицо блестело от пота.

– Я вас обеих убью! Как убил вашу мать!

Из-за спины донесся пронзительный крик. Белая королева снялась с ветки. Дилл все плясала.

– Я тебя вижу!

Взмахи крыльев. Он поднял руки.

– Чертовы птицы! Прочь!

А следом за совой взлетела и я.

– Мама! – закричала Дилл.

– Да. – И я вскинула клинок. – За мать.

– Мама! Это ты!

Я обернулась.

И увидела на краю леса то же, что и Дилл. Женщину. Увидела ее развевающиеся длинные волосы, черные на фоне солнца.

Мать.

Она опустилась на колени и раскрыла объятия.

И громко позвала дочь голосом, от которого меня охватила тоска.

– Моя Дилли Ди! Иди ко мне!

И Дилл со смехом бросилась к ней.

– Мама!

– Сюда! Моя Дилл, о моя Дилли До!

– Камень вернул тебя! Я знала, что так и будет!

– О да, вернул, моя Дилли дорогая! Вернул!

А я побежала, чувствуя, как заходится сердце, потому что Высокий заметил, как Дилл проносится через столб света. И охотник вскинул оружие…

– ДИЛЛ!

Я бежала. Я бежала. Этого не должно быть.

– Мама!