Читаем Ведьма полностью

Позади нее Вендела примеряла уже четвертое платье, но тут же в ярости стащила его с себя, воскликнув:

– Мне нечего надеть! Я так ужасно растолстела!

Она ущипнула себя за несуществующие жировые складки на животе.

Джесси обернулась к ней.

– Как ты можешь так говорить? Ты такая стройная! Мне бы такое тело…

В ее тоне не было отчаяния. Теперь, когда ее полюбил Сэм, лишние килограммы не доставляли ей особых горестей.

В животе урчало. За весь день Джессика так и не успела поесть. Словно все в ее жизни изменилось с тех пор, как она приехала во Фьельбаку. Как она боялась, что здесь все станет еще хуже! А потом встретила Сэма и подружилась с Венделой, которая… да, Вендела прекрасная, крутая и уверенная в себе. Она словно ключ к тому миру, в который Джесси всегда мечтала попасть. Все оскорбления, щипки украдкой, насмешливые комментарии, жестокие розыгрыши и унижения – все как рукой сняло. Теперь она разом все перечеркнет, забудет, какой была. Теперь она – новая Джесси.

Кажется, Вендела остановилась на платье, которое было на ней сейчас, – обтягивающее красное, из жатого трикотажа, едва закрывавшее трусики.

– Что скажешь? – спросила она и сделала пируэт перед Джесси.

– Классно выглядишь, – искренне ответила та.

Вендела была хороша, как куколка. Стоя позади нее и взглянув на себя в зеркало, Джесси вдруг разом утратила только что обретенную веру в себя. Блузка сидела на ней мешком, волосы свисали жирными патлами, хотя она и помыла голову сегодня утром.

Должно быть, Вендела заметила ее расстроенное лицо. Она положила руки на плечи Джесси и усадила ее на стул перед зеркалом.

– Знаешь, мне кажется, я могла бы сделать тебе красивую прическу. Разрешишь мне попробовать?

Джесси кивнула, и Вендела достала спреи и баночки, три вида щипцов и выпрямитель. Двадцать минут спустя на голове у Джесси красовалась совершенно новая прическа. Разглядывая отражение в зеркале, она едва узнавала себя.

Теперь она новая Джесси, и она идет на вечеринку. Лучше просто и быть не может.

* * *

Мартин плюхнулся за кухонный стол рядом с Паулой.

– Когда будет ответ по поводу записи? – спросил он.

– Записи? – переспросила Паула. Впрочем, секунду спустя все встало на место. «Боже мой, – подумала она, – в такую жару мозг просто отказывается работать».

Ночью ей почти не удалось поспать. Лиза хныкала и просыпалась раз сто. Казалось, во время краткого затишья нет смысла и ложиться. В конце концов она поднялась с постели и села за стол, чтобы немного поработать. Зато теперь глаза сами собой закрывались от усталости.

– На неделе получим ответ, – проговорила Паула. – Однако сильно надеяться на это не стоит.

– Дети переехали к тебе? – спросил Мартин и налил ей большую чашку кофе. Восьмую за сегодня, если она не сбилась со счета.

– Да, все хорошо, они приехали сегодня утром. Патрик забрал их из больницы и привез к нам домой.

– Он узнал что-нибудь новое об Амине? И Кариме?

– Без изменений, – ответила Паула. – Это я об Амине. А вот Карима скоро выпишут.

– Он тоже будет жить у вас или как вы решили?

– Нет-нет, у нас больше места не осталось, – ответила Паула. – Предполагается, что муниципалитет предоставит временное жилье для тех, кто пострадал от пожара, и чиновники говорят, что на момент выписки Карима у них что-то для него будет. Некоторые пострадавшие уже начали перебираться – они не могут до бесконечности жить в клубе. Однако должна сказать, что я приятно удивлена. Люди распахнули им двери, предоставляют свои гостевые комнаты, дачи, а одна пара переехала к сестре моей мамы, поселив в своей квартире семью беженцев.

Мартин покачал головой.

– Человек – загадочное существо. Одни настроены на разрушение, другие готовы пойти на что угодно, лишь бы помочь незнакомым людям. Посмотри на Билла и Гуниллу – они проводят в клубе целый день, с раннего утра до позднего вечера.

– Да, это позволяет надеяться, что человечество не безнадежно.

Паула поднялась, подошла к холодильнику и налила себе в чашку немного молока. Заставить себя пить черный кофе она больше не могла.

– Я поехал домой, – сказал Мелльберг, просовывая голову в кухню. – Рите тяжело одной справляться со всеми детьми. Заеду в пекарню и куплю булочек. – Внезапно лицо у него вытянулось. – Кстати, как ты думаешь, они едят булочки?

Паула, снова усевшаяся за кухонный стол, подняла глаза к небу.

– Да, они едят булочки, Бертиль. Они из Сирии, а не из космоса.

– Зачем насмешничать, я просто спросил, – обиженно проговорил Мелльберг.

Эрнст тянул за поводок – ему не терпелось выйти на улицу.

Паула кивнула и улыбнулась Бертилю.

– Булочки наверняка будут пользоваться успехом, – сказала она. – Только не забудь купить датских пирожков для Лео.

Мелльберг фыркнул.

– Неужели я могу забыть, что дедушкин любимчик обожает датские пирожки?

Он развернулся и пошел, уводя с собой Эрнста.

– Он достался мне за грехи мои, – вздохнула Паула, провожая глазами Бертиля, удаляющегося по коридору.

Мартин покачал головой:

– Да уж, никогда не знаешь, чего от него ожидать.

Паула снова посерьезнела.

– Ты успел проверить расистские организации?