Читаем Ведьма полностью

Рита стояла у него за спиной, протягивая ему большой черный мешок. С глубоким вздохом Бертиль сложил в мешок свой свитер, а поверх – оставшиеся вещи. Ее кучка была вполовину меньше, однако он сообразил, что на этом не стоит сейчас заострять внимание. Получилось два мешка вещей. Он завязал их и выставил в прихожую.

– Всё, поехали, – сказала Рита, выходя из кухни с двумя пакетами продуктов.

Из квартиры она вышла впереди него, но, когда Мелльберг отставил мешки, чтобы запереть дверь, обернулась и сказала коротко:

– Кстати, с завтрашнего дня у нас гости.

– Гости? – переспросил он, ломая голову, кого она могла пригласить. Гостеприимство Риты порой переходило все границы.

– Да. Дети Карима будут жить у нас, пока его не выпишут из больницы. Это самое малое, что мы можем сделать, дабы загладить твою выходку.

Мелльберг открыл было рот, чтобы что-то сказать. Но затем закрыл его и взял мешки. Иногда лучше не вступать в бой.

* * *

– Привет, Билл. Ох, сколько народу! – воскликнула Паула, оглядывая клуб.

Новые и новые люди всё приезжали сюда, и старое здание буквально бурлило. Шведы и беженцы стояли и разговаривали друг с другом парами и группками; то и дело к потолку взлетал веселый смех.

– Ты видела что-нибудь подобное? – сказал Билл. – Какая щедрость! Какой энтузиазм! Кто бы мог подумать…

– Во всяком случае, нет худа без добра, – горько ответила Паула.

Билл кивнул.

– Ты права. Да, мы все думаем о тех, кто в больнице.

Он закусил нижнюю губу.

Его жена Гунилла подошла и взяла его под руку.

– Есть новости? – спросила она.

Паула покачала головой.

– Последнее, что нам стало известно, – что детей Карима и Амины оставят до завтра для наблюдения. Кариму придется остаться в больнице еще на пару дней, поскольку у него обожжены руки, а Амина… увы, они не знают, как все будет.

Гунилла крепче сжала руку Билла.

– Если мы что-то можем сделать…

– Боже, да вы делаете больше, чем можно пожелать, – сказал Мартин, оглядывая помещение.

– Я предложила Кариму, чтобы его дети пожили у меня, – сказал Паула.

Гунилла кивнула.

– Очень мило с вашей стороны, а то мы тоже готовы их принять.

– Нет-нет, – ответила Паула. – Лео будет только рад новым друзьям, а мама поможет присматривать за ними, пока я на работе.

Мартин откашлялся.

– Нам надо поговорить с теми, кто жил рядом с домиком Карима и Амины. Спросить, не заметили ли они чего-нибудь. Ты не знаешь, кто именно… – Он огляделся среди толпы людей.

– Само собой, – ответил Билл. – Я уже начал разбираться, кто есть кто. Пара, сидящая вот там, жила как раз рядом с ними – начните с них и спросите, с кем еще стоит поговорить.

– Спасибо! – сказала Паула.

Они с Мартином проложили себе путь сквозь толпу к тем двоим, на кого указал им Билл. Однако разговор не дал желаемых результатов. Как и беседы с другими соседями по центру. Никто ничего не видел и не слышал. Все спали в своих постелях, как вдруг их разбудили крики и запах дыма, а когда они выбежали на улицу, там уже царил полный хаос.

Паула плюхнулась на стул в углу, чувствуя, как ее накрывает чувство беспомощности. Удастся ли им задержать того, кто виновен в этом поджоге? Мартин уселся рядом с ней, обсуждая, как действовать дальше. Внезапно он запнулся на полуслове. Паула проследила за его взглядом, и улыбка расползлась по ее лицу.

– Так это…

Она ткнула его в бок, и Мартин кивнул. Впрочем, он мог и не отвечать. Его раскрасневшиеся щеки говорили сами за себя, и Паула улыбнулась еще шире.

– Хорошенькая.

– Прекрати, – буркнул он и покраснел еще больше.

– Так когда вы собираетесь в ресторан?

– В субботу, – проговорил Мартин, не сводя глаз с женщины с ребенком.

– Как ее зовут? – спросила Паула, разглядывая женщину.

Она показалась ей симпатичной. Добрые глаза; только вот этот вечный родительский стресс во взгляде, который сама она наблюдала каждый раз, когда ей случалось взглянуть на себя в зеркало…

– Метте, – кратко ответил Мартин, покраснев так, что трудно было различить, где кончается лоб и начинаются волосы.

– Мартин и Метте, – произнесла Паула. – А что? Звучит неплохо.

– Перестань, – снова проговорил он и поднялся, когда Метте посмотрела в их сторону.

– Помаши ей, – сказала Паула.

– Нет-нет, – занервничал Мартин, но Метте уже направлялась к ним, держа на руках сына.

– Привет! – радостно поздоровалась она.

– Привет! – ответила Паула и с готовностью протянула руку для приветствия.

– Такой ужас – то, что случилось, – проговорила Метте, качая головой. – Подумать только, что у кого-то поднялась рука такое сделать… Когда в доме живут дети и все такое…

– Да уж, не перестаешь удивляться, на что способны люди. – Паула вздохнула.

– Вы знаете, кто это сделал? Или их было несколько?

Метте взглянула на Мартина, который тут же снова покраснел.

– Нет, пока не знаем. Мы как раз беседуем с людьми, но никто ничего не видел.

– Значит, в статистических сводках станет одним сгоревшим центром для беженцев больше, – сказала Метте.