Читаем Вечный ветер полностью

В том же направлении мчалась стая акул. Вот и вторая жертва. Раненая косатка оставляла за собой розовый след. Акулы взяли ее в полукольцо, но боятся еще подходить близко. Одна из акул метнулась было к ней сбоку, косатка молниеносно повернулась, и акула замерла парализованная. Косатка не тронула ее, а сделала оборот на 360 градусов. Стая метнулась в стороны. Косатка продолжала путь. Акулы поплыли за ней, держась теперь несколько дальше, чем прежде.

На посту Центрального управления собрались почти все островитяне. Павел Мефодьевич сидел, откинувшись в кресле ответственного дежурного, остальные стояли, шепотом делясь впечатлениями.

Раненая косатка и ее преследователи скрылись за нижней кромкой экрана. На нас бежала водная гладь, усыпанная солнечными бликами. Величественно распластав крылья над морем, парили фрегаты. Словно отлитые из бронзы, тела акул мелькали в солнечной воде. Их было очень много, и мчались они все в одном направлении.

— Мне становится жаль косаток, — громко сказал Костя.

Павел Мефодьевич посмотрел на него и одобрительно кивнул.

— Вполне разделяю хорошее и не всегда полезное чувство. Косатки сейчас находятся в еще более трудном положении, чем дельфины, когда мы не понимали друг друга. С косатками все сложней, и они сами сложней. Надо очень осторожно предлагать им свою дружбу, ухитриться убедить, что мы нужны им. Боюсь, что мы пока не внушаем им уважения. Ведь они владыки морей. Я бы сказал — ярые националисты! И все же независимо от всего я питаю к ним симпатию и даже уважение. Джек что-то вроде благородного разбойника в моем представлении, а среди своих его, наверное, чтут как вождя в борьбе за независимость. Нет, удивительный народ! Ты заметил, как та раненая косатка пустила в ход весь комплекс своих оборонительных средств? Акул как метлой отбросила в стороны!

Костя спросил:

— Метлой? Что это такое — метла? Особый орган у косаток, вырабатывающий ультразвуковые волны? Или волевые импульсы?

Павел Мефодьевич закрыл лицо руками. Послышалось добродушное клохтанье: он смеялся.

Обиженный Костя умолк, потому что на экране появилась целая стая косаток; они плыли очень медленно, окружив кольцом трех своих сородичей. Одну, огромную, с темной, почти черной спиной, поддерживали две косат-ки меньше размерами. В черной косатке длиной не меньше девяти метров все узнали Черного Джека. Авиетка уравняла скорость с движением стаи и спустилась ниже, дав нам крупным планом Джека и «братьев милосердия». Без их помощи он пошел бы ко дну. На животе и боках у Джека виднелись страшные раны, левый плавник безжизненно свисал. Поражало выражение его глаз — в них не было ни страха, ни покорности судьбе, а светилась воля к жизни, гордое мужество.

— Положение у Джека не из блестящих, — сказал Костя.

Ему никто не ответил. Уставших «братьев милосердия» сменяла другая пара. Прежние отошли в сторону, а новая пара ловко и очень осторожно подхватила беспомощного Джека. Косатки старались не притрагиваться к ранам своего главаря; двигались они согласованно и очень медленно для таких стремительных существ.

Командир авиетки докладывал капитану «Кальмара»:

— Косатки делают пять-шесть миль. Через полтора часа они будут у атоллов и зайдут в одну из лагун. Вероятно, там они решили лечить своего вождя. «Кальмару» ни в одну из лагун не пройти: извилистый канал и довольно мелкий. По крайней мере, рискованно.

— Что же ты предлагаешь?

— Остановить их до вашего подхода.

— Но акулы!

— Через десять минут здесь будут дельфины.

— Тогда, как только они подойдут, сбрасывайте ампулы.

— Есть!

— Тебе не кажется, что Джек очень плох?

— Да, но держится великолепно. Несмотря на раны и явный промах с рифами, он остался главой племени. Его беспрекословно слушаются. Вот сейчас он послал трех косаток отогнать акул. Видите, сколько этих тварей собралось вокруг.

— Многовато, но не следует без необходимости применять крайние средства.

— Понятно, мы должны поддерживать биологическое равновесие…

Командир авиетки и капитан «Кальмара» еще несколько минут продолжали разговор, но слова их заглушал крик налетевших чаек.

Странно повели себя косатки, когда к ним сквозь строй акул прорвались дельфины, вооруженные электрическими копьями. Косатки, считающие своих братьев по крови законной пищей, на этот раз, казалось, не обратили на них никакого внимания, только стеной окружили Джека и так же упорно двигались к островам. Дельфины, развернувшись в боевой порядок, пошли в наступление на акул. Основная масса акул бросилась врассыпную, ушла в глубину, только тигровые акулы заметались, маневрируя вокруг косаток. У этих рыб вечное чувство голода пересиливает все другие инстинкты: запах крови притягивал их к этому месту. И они поплатились. Дельфины, издавая воинственный свист, организовали свою любимую охоту. У них миллионами лет воспитывалась ненависть к акулам. На этот раз дельфины не таранили их носами и даже не пускали в ход электрические копья и пулеметы, они просто оглушали их своими локаторами, гипнотизировали, и акулы, парализованные, поворачивались вверх хвостами, превращаясь в живые поплавки.