Читаем Вечный слушатель полностью

Вечный слушатель

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Он — верная слега державного затвора;Творитель вдовьих слез; ремесленник разора;Профессор ужаса; миссионер ножа;Законом признанный маэстро грабежа;Природный собственник пожитков супостата,Взъем и добор добра свершающий завзято;Последыш тех, кто шел за Моисеем вслед,Тельца златого жрец с библейски древних лет;Во стане — голубок, вне стана — злобный боров;Арапник мужиков; коса людских просторов.Пять розог у него растут взамен перстов,Он дня алчбы алкать по месяцам готов;В докуку жизнь ему, он всюду ищет риска,От радости дрожит, поняв, что гибель близко,Коль он христианин — то лишь по временам,Он твердо выучил: «Долги остави нам», —Однако до конца не смог запомнить фразуИ полный «Отче наш» не прочитал ни разу.Кровопусканье в нем ярит больную дрожь;Насколько плох король, а может быть — хорош,Решают кошт и харч; при нем жена прицепомПлетется с детками и барахлом нелепым;Коль он отхватит куш — тогда его родняДля похвальбы пример имеет на три дня,Еще четыре дня у них довольно пищи;Коль он побывшится — они немедля нищи,Но им грозит еще и худшая напасть:Коль утеряет он в бою стопу иль пясть;К чему он — без ноги, при костыле к тому же?Уж как ни плох мертвец — и то калека хуже!Такие вслед ему пошлют во гроб словаГнилые отпрыски, презрители родства.Почет — не для него: едва ль рубакой смелымСолдата назовет начальник между делом.Иным прядильщикам идет кудель наград,Но даже похвалы не требует солдат;Из римских воинов кто памяти достойны?Лишь Сципион ходил в Пунические войны!Один погибнет зря — другого ждет успех.Лишь Александр живет из македонян всех!Шанс выжить в памяти и вычислять не надо:Один из тысячи, один из мириада.Из нас любой спешит, по мере сил смирен,К мгновенью, что грядет мгновеньям всем взамен.Угнаться можно ли, сии слова читая,За тем, кто яр в бою, но чья душа — святая?Однако же душа, озлоблена в миру,Склониться сможет ли в посмертный час — к добру?И, сколь ни горестно, однако в том присяга,Что лишь нежившему на этом свете — благо!