Читаем Вечный слушатель полностью

Сколь тягостна мои сердечная беда.Я Розамондою томим уже года!— О да.О Эхо, ты ль речешь, глумиться вознамерясь,Что Госпожа грустит, в любви моей изверясь?— Ересь.Ты не смеешься ли, о Эхо, невзначай?Утешусь ли, скажи? Ответ — сколь быстро, дай!— Страдай!Любовию палим, сгораю, как в горниле.Да, да, я говорю: страданья мне постыли!— Ты ли?Да, я устал страдать… Но не найду ль наградЗа те мучения, каким сейчас так рад?— Стократ!Я стражду, и терплю, — ну, а скажи, на делеЧего достигнул я, — достигну хоть в конце ли?— Цели!Ну что ж, — да будет так, во имя всех святынь.Во встречи, Эхо, друг! Скорей, разлука, минь!— Аминь.

* * *

«Ни пенящихся волн, чье имя — легион…»

Ни пенящихся волн, чье имя — легион,Ни северных ветров, ни злого снегопада,Ни страшного дубам и древним липам града,Ни стрел Юпитера, которым нет препон;Ни Пса, всходящего ночами в небосклон,Ни псов, что на земле страшней исчадий ада,Ни Марса — пусть ему неведома пощада,Пусть кровью Фландрии омыт по локоть он;Ни пули, ни копья, ни шпаги, ни кинжала,Ни ножниц грозных прях, ни огненного жала,Ни пасти Цербера, ни клювов СтимфалидЯ не боюсь, — но нет мучительнее казни,Чем смех презрительный и холод неприязни,Что Розамонда мне взамен любви сулит.

* * *

«Лишь вспыхнет знак Тельца в круговороте года…»

Лишь вспыхнет знак Тельца в круговороте годаРог изобилия отверзнут небеса:К полям является великая краса,Плоды растут в числе — на счастье садовода.На вскоре Козерог воззрится с небосвода,Послушен вечному вращенью колеса —Опустошает вихрь и долы, и леса,Плоды растут в цене, — сиротствует природа.Лишь глянуть на меня благоволите Вы,Я мню себя в венке из лавровой листвы,Прекрасен летний зной и жизнь благословенна.Лишь отвратите взор, как в сердце у меняВзамен палящего небесного огня —И снег, и дождь, и град, — и все ежемгновенно.

* * *

«Слепец, отягощен своей шарманкой старой…»

Слепец, отягощен своей шарманкой старой,Ты по дворам бредешь, прося гроши на хлеб.Несчастен твой удел, печален и нелеп,Страшней, чем слепота, — не может быть удара.Подобная меня, увы, настигла кара,Ужасный жребий мой не менее свиреп,Не девает никто о том, что я ослеп,Что навсегда лишен божественного дара.Еще страшней ущерб мне ныне рок нанес:По улицам тебя водишь приучен пес,В мне слепой божок лишь бездорожье прочит, —Я так же, как и ты, скитаться принужден:Ты голоден, а я любовью изможден,Но ни тебе, ни мне помочь никто не хочет.

Гуго Гроций

(1583–1645)

Обращение Гуго Гроция к сундуку, в коем он был вынесен из узилища

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология поэзии

Песни Первой французской революции
Песни Первой французской революции

(Из вступительной статьи А. Ольшевского) Подводя итоги, мы имеем право сказать, что певцы революции по мере своих сил выполнили социальный заказ, который выдвинула перед ними эта бурная и красочная эпоха. Они оставили в наследство грядущим поколениям богатейший материал — документы эпохи, — материал, полностью не использованный и до настоящего времени. По песням революции мы теперь можем почти день за днем нащупать биение революционного пульса эпохи, выявить наиболее яркие моменты революционной борьбы, узнать радости и горести, надежды и упования не только отдельных лиц, но и партий и классов. Мы, переживающие величайшую в мире революцию, можем правильнее кого бы то ни было оценить и понять всех этих «санкюлотов на жизнь и смерть», которые изливали свои чувства восторга перед «святой свободой», грозили «кровавым тиранам», шли с песнями в бой против «приспешников королей» или водили хороводы вокруг «древа свободы». Мы не станем смеяться над их красными колпаками, над их чрезмерной любовью к именам римских и греческих героев, над их часто наивным энтузиазмом. Мы понимаем их чувства, мы умеем разобраться в том, какие побуждения заставляли голодных, оборванных и босых санкюлотов сражаться с войсками чуть ли не всей монархической Европы и обращать их в бегство под звуки Марсельезы. То было героическое время, и песни этой эпохи как нельзя лучше характеризуют ее пафос, ее непреклонную веру в победу, ее жертвенный энтузиазм и ее классовые противоречия.

Антология

Поэзия

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Гордиться, а не каяться!
Гордиться, а не каяться!

Новый проект от автора бестселлера «Настольная книга сталиниста». Ошеломляющие открытия ведущего исследователя Сталинской эпохи, который, один из немногих, получил доступ к засекреченным архивным фондам Сталина, Ежова и Берии. Сенсационная версия ключевых событий XX века, основанная не на грязных антисоветских мифах, а на изучении подлинных документов.Почему Сталин в отличие от нынешних временщиков не нуждался в «партии власти» и фактически объявил войну партократам? Существовал ли в реальности заговор Тухачевского? Кто променял нефть на Родину? Какую войну проиграл СССР? Почему в ожесточенной борьбе за власть, разгоревшейся в последние годы жизни Сталина и сразу после его смерти, победили не те, кого сам он хотел видеть во главе страны после себя, а самозваные лже-«наследники», втайне ненавидевшие сталинизм и предавшие дело и память Вождя при первой возможности? И есть ли основания подозревать «ближний круг» Сталина в его убийстве?Отвечая на самые сложные и спорные вопросы отечественной истории, эта книга убедительно доказывает: что бы там ни врали враги народа, подлинная история СССР дает повод не для самобичеваний и осуждения, а для благодарности — оглядываясь назад, на великую Сталинскую эпоху, мы должны гордиться, а не каяться!

Юрий Николаевич Жуков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное