Читаем Вечный слушатель полностью

Совсем ребенком, помню, в день погожийЯ рядом с матерью лежал в траве,Неспешно плыли тучки в синеве.Спросила мать: «На что они похожи?»И я кричал: «Я вижу — всадник скачет,Там — Скандинавия! Овца! Пастух!»Смеялась мать, меня хвалила вслух,Но видел я: она украдкой плачет.Я жил, не глядя в облачные дали,Не поднимая взора от земли, —Пусть надо мною тучи строем шли —Видения меня не волновали.Теперь мой сын глядит на все, что мнимо,На все, что вдаль плывет по небесам, —Я слушаю его и плачу самО прежних облаках, проплывших мимо.

Праздник под открытым небом

Июньский вечер засветил огни,и озарил зеркальные озера.Наш столик посреди лужайки скоросовсем потонет в лиственной тени.Стихи в душе — замена разговора.Мы допиваем чай, и мы одни.О хрупкая печаль, повремени,не привноси в гармонию раздора.За озером уже бренчат гитары,и весла мерно бьют по водной глади;целуются мечтательные пары,бредя туда, куда ведет дорожка, —нет, не любви — красивой позы радии ради чувства — но совсем немножко.

Под сурдинку

Она сказала мне: «Ты принц в постели».Как простыня, окутывала мглаУсталостью сведенные тела.Цветы на стеклах в инее блестели.Я — вновь питомец тьмы, и даль пуста,Лишь белизна снегов блестит невинно.Но видится старинная картина,Нежна, изящна, ласкова, проста:Взгляни — вдали, под лучезарной высью,Меж древних башен чист и ясен вид,Там рыцарь с дамой едут мелкой рысью,Он свищет псов, летящих без оглядки,А спутница на сокола глядит,Что миг назад взлетел с ее перчатки.

Портрет флорентийского юноши

Оливковый, стариннейших кровей,Овал лица — и мраморный, и кроткий.Его глаза — живые самородки —Бестрепетно глядят из-под бровей.Девичий рот; волос рисунок четкий.На сливах, что готовы пасть с ветвей,Налет вовеки не был розовей,Чем на его пушистом подбородке.Здесь все твое: и город, и река.Вино сбродило, и зерно поспело,Чтоб песнь твоя всегда была звонка,Чтоб ты иного не познал удела,Чтоб ослик поспешал вдоль большака,Чтоб женщина перед огнем сидела.

Моцарт

Небесный свод, по-утреннему синий,Над кипарисами блестящ и жгуч, —Он посылает первый чистый лучВ изящный будуар седой графини.Как сладко этот ежедневный мигИспользовать и с радостью, и с толком!Над вышиваньем золотом и шелкомОна склоняет пудреный парик.Но вскоре изменяется картина:Приходит гость, еще юнец почти,Возжечь огонь созвучий, взапертиЖивущий в старом сердце клавесина.Графиня с клавиш переводит взгляд —Они желты и безнадежно стары —Прочь, за окно, где в отдаленье парыНеспешно совершают променад.

Новалис

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология поэзии

Песни Первой французской революции
Песни Первой французской революции

(Из вступительной статьи А. Ольшевского) Подводя итоги, мы имеем право сказать, что певцы революции по мере своих сил выполнили социальный заказ, который выдвинула перед ними эта бурная и красочная эпоха. Они оставили в наследство грядущим поколениям богатейший материал — документы эпохи, — материал, полностью не использованный и до настоящего времени. По песням революции мы теперь можем почти день за днем нащупать биение революционного пульса эпохи, выявить наиболее яркие моменты революционной борьбы, узнать радости и горести, надежды и упования не только отдельных лиц, но и партий и классов. Мы, переживающие величайшую в мире революцию, можем правильнее кого бы то ни было оценить и понять всех этих «санкюлотов на жизнь и смерть», которые изливали свои чувства восторга перед «святой свободой», грозили «кровавым тиранам», шли с песнями в бой против «приспешников королей» или водили хороводы вокруг «древа свободы». Мы не станем смеяться над их красными колпаками, над их чрезмерной любовью к именам римских и греческих героев, над их часто наивным энтузиазмом. Мы понимаем их чувства, мы умеем разобраться в том, какие побуждения заставляли голодных, оборванных и босых санкюлотов сражаться с войсками чуть ли не всей монархической Европы и обращать их в бегство под звуки Марсельезы. То было героическое время, и песни этой эпохи как нельзя лучше характеризуют ее пафос, ее непреклонную веру в победу, ее жертвенный энтузиазм и ее классовые противоречия.

Антология

Поэзия

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Гордиться, а не каяться!
Гордиться, а не каяться!

Новый проект от автора бестселлера «Настольная книга сталиниста». Ошеломляющие открытия ведущего исследователя Сталинской эпохи, который, один из немногих, получил доступ к засекреченным архивным фондам Сталина, Ежова и Берии. Сенсационная версия ключевых событий XX века, основанная не на грязных антисоветских мифах, а на изучении подлинных документов.Почему Сталин в отличие от нынешних временщиков не нуждался в «партии власти» и фактически объявил войну партократам? Существовал ли в реальности заговор Тухачевского? Кто променял нефть на Родину? Какую войну проиграл СССР? Почему в ожесточенной борьбе за власть, разгоревшейся в последние годы жизни Сталина и сразу после его смерти, победили не те, кого сам он хотел видеть во главе страны после себя, а самозваные лже-«наследники», втайне ненавидевшие сталинизм и предавшие дело и память Вождя при первой возможности? И есть ли основания подозревать «ближний круг» Сталина в его убийстве?Отвечая на самые сложные и спорные вопросы отечественной истории, эта книга убедительно доказывает: что бы там ни врали враги народа, подлинная история СССР дает повод не для самобичеваний и осуждения, а для благодарности — оглядываясь назад, на великую Сталинскую эпоху, мы должны гордиться, а не каяться!

Юрий Николаевич Жуков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное